Category: криминал

Category was added automatically. Read all entries about "криминал".

Превратим Россию в страну музыкантов

Жена моя, Татьяна учила всю жизнь детей музыке и даже создала свою программу музыкального воспитания, назвав ее революционно: "Каждый ребенок - музыкант". Я сначала спорил, говоря, что, мол, точно не каждый - я, например, ну никак. Но она разбила мои возражения доводом, что мне просто в детстве не показали, что я могу.
Я помню, как рождалась программа у сестры моей в деревне - из наблюдений и вслушивания в звуки живой и неживой природы, потом из чтения всего, что в этом направлении надумали прежние. Потом были годы опытов и успехов с детьми. И в последние годы поездки по России, на Украину, в Прибалтику, Молдову - для обучения учителей. Кое-где я был с нею и видел, с каким восторгом ее встречали - охренеть!
Уже ясно, что идеал - это воспитать по этой программе всех детей России (с миром пока подождем). А для этого нужны учителя и учиттеля учителей - нужна система постоянной подготовки всех, кто может приобщать детей музыке так, как это делается по этой программе, т.е. так, чтобы они потом всю жизнь жили потом с музыкой и музыкально.
И вот для решения этой государственной задачи мы подаем заявку на грант президентского Фонда культурных инициатив. Если нам дадут денег, то будет проведен полуторагодовой онлайн-курс подготовки для работы по программе - бесплатный, для всех желающих. А тем, кто будет не просто слушать, а учиться всерьез, чтобы потом по этой программе работать, будет выполнять задания и сдаст в конце экзамены, мы выдадим сертификаты, дающие право работать по программе.
Остается только получить этот грант, а для этого нужно доказать грантодателям, что на такой курс есть спрос.
И мы решили уже сейчас объявить регистрацию желающих пройти обучение. До подачи заявки осталось полмесяца. Число зарегистрировавшихся за это время - убойный аргумент в пользу нужности этой затеи.
Регистрируйтесь вот здесь: https://homomusicus.ru/programma.

(no subject)

Как не процитировать?

В окна Совета пахло навозной сыростью и теплом пахотной земли; этот старинный воздух деревни напоминал о покое и размножении, и говорившие постепенно умолкли. Дванов вышел наружу посмотреть лошадей. Его там обрадовал отощалый нуждающийся воробей, работавший клювом в сытном лошадином кале. Воробьев Дванов не видал полгода и ни разу не вспомнил, где они приютились на свете. Много хорошего прошло мимо узкого бедного ума Дванова, даже собственная жизнь часто обтекает его ум, как речка вокруг камня. Воробей перелетел на плетень. Из Совета вышли крестьяне, скорбящие о власти. Воробей оторвался от плетня и на лету проговорил свою бедняцкую серую песню.

Один из крестьян подошел к Дванову — рябой и не евший, из тех, кто никогда сразу не скажет, что ему нужно, но поведет речь издали о средних предметах, сосредоточенно пробуя характер собеседника: допускает ли тот попросить облегчения. С ним можно проговорить всю ночь — о том, что покачнулось на земле православие, а на самом деле ему нужен был лес на постройку. Хотя хлысты он уже себе нарезал в бывшей казенной даче, а снова попросить лес хочет для того, чтобы косвенно проверить, что ему будет за прежнее самовольство.

Подошедший к Дванову мужик чем-то походил на отбывшего воробья — лицом и повадкой: смотреть на свою жизнь как на преступное занятие и ежеминутно ждать карающей власти.

(no subject)

Вчера надо было справиться с Семейным Кодексом. Зашел на сайт - тут же выплыло оконо консультанта: задайте вопрос. Задал. Сообщите телефон - позвоним через 5 мин. Сообщил (дурак?). Никто, конечно, не позвонил. Т.е. мошенники.
Но зачем? В чем выгода? Рекламные смс-ки и звонки?

(no subject)

Читаем по вечерам в гостиницах Чехова. Про "Жену" и "Супругу" я уже писал. Потом было "Убийство", "православный детектив", замешанный на религиозной тоске и бытовой грязи (не по-розановски "на грязи, нежности и грусти"). Потом несколько "мопассановская" "Ариадна". Ну, "Дом с мезонином" все помнят ("Мисюсь, где ты").
И вот сегодня четвертый уже вечер "Моей жизни". Медленно цедится рассказ, такое впечатление, что Чехов как бы вслушивается в мелодию жизни героя, как она должна разворачиваться и осторожно, подбирая звуки-слова, ее записывает.
И мне все слышится, что вся эта жизнь, ее безобразия и мечты, обречены, что не могло не быть Революции, сколько бы новых и больших безобразий она ни принесла.
Вот кто у нас "зеркало революции".

Точное наблюдение филолога

UPDATE: см. рефлексию.

Пишет edgar_leitan
Когда-то, во времена моей юности, "неприкасаемыми" называли тех, к которым нельзя или не следует прикасаться, в прямом или в переносном смысле. Обычно так переводили английский термин untouchable, относимый к тем, кто не входил в реестр кастовой системы индуизма, общение с которыми ритуально загрязняет, оскверняет (современный русско-лагерный язык: "зашкваривает") "ритуально чистых". Теперь "неприкасаемыми" всё больше называют тех, кого человек с хорошим чувством русского языка раньше называл "неприкосновенными". Это всякие там следователи, прокуроры, полицейские, гебешники, члены Госдумы и др. чиновники и т. п.

Ещё недавно "беженцами" называли тех, кто бежал от ужасов войны в своих странах в страны соседние, или от политических преследований. Теперь "беженцами" всё больше называют тех, кто огромными караванами нелегально прибыл в те страны, где самое лучшее соцобеспечение (самая большая "халява"), минуя дюжину стран, безопасных для проживания. И это не они бегут, а ОТ НИХ БЕГУТ, поскольку они сеют ужас, грабежи, насилие и нередко смерть. Такова новая этимология слова "беженцы". Такова тут нирукти в традиционном индийском стиле: शरणागत​ इति कस्मात् । तेभ्यः शरणम् आगतो यः स तथोक्तः ॥ Либо, в качестве варианта, так: "беженец" в смысле अभिधावित​: ।, "прибежавший сюда", чтобы улучшить свои социальные условия, поживиться плодами чужого труда.

Террор: исправление имен

Хотя террор - никак не основная для меня тема и вышел на нее я довольно случайно, но, начав, надо бы завершить, прийти к некоторой ясности. Что и попытаюсь сделать сейчас.
Что называют сейчас террором и терроризмом? Утверждаю: в сущности своей глубоко различные вещи, хотя в жизни часто связывающиеся друг с другом.

Во-первых, партизанская война или, короче, герилья (исп. "войнушка"), т.е. военные действия негосударственных образований. Понятно, почему такое лжеименование: государству выгодно максимально демонизировать своих противников.
Во-вторых, самосуд, т.е. исполнение казни лицами, не уполномоченными на это государством и в отсутствии установленных государством процедур.
И наконец, собственно террор, сущностной характеристикой которого - в полном соответствии со смыслом слова: "страх, ужас" - является устрашение. Т.е. террор - это действия, совершаемые для устрашения власти и (или) населения, или каких-то его категорий. Разумеется, с целью чего-то от них добиться. Террор может быть массовым или индивидуальным. Он может различаться по степени жестокости, ну и многим еще, менее сейчас для меня важным.

Это не рядоположные вещи. Герилья - род войны (как гражданской, так и против иностранного государства, например, оккупантов), в рамках которой могут совершаться самосуды и практиковаться террор.
Кроме того, не всегда легко различить просто эпизоды герильи, самосуды и акты террора, надо в каждом случае разбираться в причинах, целях и методах. Но различать надо - от этого зависят целесообразные методы реагирования на такие вещи. Зависит, я считаю, и нравственно-правовая оценка самих деяний и их исполнителей. Это тем более необходимо, что в наше время лжи и подмен понятиями "террор" и "терроризм" охотно пользуются по отношению к политическим противникам и вообще ко всем группам и лицам, неугодным власти.
С учетом этих оговорок приведу примеры.

Государственный террор. Помимо хорошо известных примеров якобинского, "красного", "белого", сталинского террора, я бы включил сюда и ковровые бомбардировки Второй мировой и Вьетнамской войн, и Хиросиму. Говорят об "экономическом терроре" - искусственно вызванном голоде в Ирландии или большевистской России; я сейчас не обсуждаю вопрос о том, были ли эти события намеренно организованными, но, если были, то это, очевидно, именно террор, поскольку целью могло быть только устрашение.
А вот в случае убийств, которые совершали народовольцы и эсеры, нужно разбираться - не правильнее ли какие-то из них квалифицировать как самосуды? (Не сочтите эту переквалификацию за оправдание). То же относится, например, к действиям "Приморских партизан" в 1990-е. Хотя, еще раз, случаи могут быть смешанными: скажем, каждая отдельная казнь чернокожего, совершенная куклуксклановцами в Америке, могла быть самосудом, но вся деятельность этой организации явно носила характер устрашения.
Террор - это не всегда убийство и жестокость. Сожжение автомобилей в Европе и Америке - излюбленная форма устрашения благополучного общества неблагополучными его членами.
Захват заложников с обещанием их убивать, если не будет сделано то-то и то-то, - несомненный терроризм.
А вот АТО (Анти-террористическая операция) на Украине - чистая подмена понятий. То же относится и к АТО в Чечне - к самим боевым действиям; помимо это были и совершенные чеченцами теракты - в Москве, Буденновске, Беслане. Сирийская война - типичная герилья со стороны повстанцев, сопровождаемая и актами террора (вероятно, с обеих или, точнее, многих) сторон, и актами самосуда.

В заключение о событиях, с которых начался этот разговор о терроре. Насколько я успел ознакомиться с фактами, действия "Фракции Красной Армии" были городской герильей, в которой поначалу были непредвиденные жертвы, потом появились самосуды. Террор в чистом виде, то, что вызывает понятные "ужас и содрогание", появился уже у озлобившегося и жаждущего мести второго поколения "красноармейцев". Интуиция меня не подвела: Ульрика Майнхоф к такому террору непричастна. По всей вероятности, с осознанием того, куда всё это идет, и связано ее самоубийство.

Еще о терроре и террористах

Отторжение моего поста об Ульрике Майнхоф (явное в большинстве комментов и, подозреваю, неявное в молчании остальных прочитавших) требует продолжения. Впрочем, я и рассматривал его как зачин к продумыванию этой темы: террор, терроризм. Проблема-то огромная и жуткая. Последние полтора века терроризм растет и справиться с ним не удается - это, так сказать, прагматическая сторона. Но есть и нравственная: в террористы идет не худшая по своим задаткам молодежь. Кому-то может больше нравиться равнодушный и своекорыстный обыватель, мне - нет. Вам ненавистна Ульрика как чистое зло, то, что подвигло ее на насилие, представляется вам риторикой, а как вы относитесь к Че Геваре, к палестинским и ирландским террористам, наконец (знаю, что нарвусь на обвинение в кощунстве), к партизанам Великой Отечественной (они тоже, было, убивали невинных).
Я не готов расставить в этом трудном вопросе все точки над i, моя задача сейчас - попытаться обсудить подход, более разумный, более справедливый и, надеюсь, в конечном итоге более действенный.
Несколько соображений:

1. Прежде всего нужно признать, что то, что называют террором, это война (то же написал в своем комменте buddhistmind). И все АТО, независимо от того, какой стороне мы сочувствуем, это войны - и в Чечне, и в Сирии, и в Донбасе. Так к ним и нужно относиться, так и оценивать войну в целом и отдельные военные действия.

2. Войны, как известно, бывают справедливые и несправедливые - по целям и по проблемам, для решения которых они ведутся. Я считаю, что следует априори считать, что за каждой войной стоят реальные проблемы, за войной-террором тем паче. Значит, нужно понять в каждом случае, за что в этой войне воюют, с чем борются.

3. Война - всегда вещь очень жестокая, и ее жестокость (я имею в виду не жестокость людей, а последствия) в истории только растет. Всегда, помимо комбатантов, гибнет и гражданское население. Пытаются договориться о запретах и ограничениях, что-то удается, но общая картина меняется мало.

4. У войны-террора есть особенности, способствующие ее особенно жестоким и тягостным для мирных людей проявлениям. Главная из них - это неравенство сил сторон: и убежденные в необходимости более справедливого социального устройства русские революционеры, и террористы Ирландии, Алжира, Палестины прибегали террору от бессилия иначе добиться того, что они считали жизненно необходимым и чего, надо сказать, в каких-то случаях и в какой-то мере в конечном счете добивались.

5. Считаю правильным разделить борьбу с террором на две очень разных по целям и средствам составляющих. Одна - это оперативная борьба по предупреждению террористических действий для защиты мирных людей  - вплоть до уничтожения террористов. Она необходима, даже если цели террористов справедливы; точнее, тут даже ставить вопрос о справедливости неуместно, это самозащита и защита тех, за безопасность кого отвечают. Другая - это стратегическая борьба с террором как явлением. Вот тут всматривание в лица террористов и вдумывание в их "риторику" очень даже нужны.
сплю

Кэнди Синдо. Онибаба

Иначе: "Женщина-демон". Вчера вечером посмотрели.
Сюжетно - это как бы перевернутое отражение библейской Руфи, "анти-Руфь".
Дело происходит в эпоху кровавых междоусобиц, ситуация выживания: две женщины, свекровь и невестка, чтобы выжить, убивают заплутавших самураев и продают их одежду и оружие скупщику за еду. "Руфь" сходится с бежавшим от войны другом погибшего мужа, а "Наоминь" не отпускает... Обещает найти "Вооза", когда кончится война и можно будет снова растить рис. А сейчас одной ей не справиться, не убить одной мужика-воина.
Как в страшной сказке, бытовой натурализм спокойно впускает в свою ткань сверхъестественное: старуха надевает на себя маску демона, содранную с лица убитого ею самурая - чтобы попугать невестку, - а маска прирастает к ее лицу и сдирается только вместе с кожей.
Фильм замечательно красив - черно-белый, все происходит в каких-то зарослях типа осоки, колышимой ветром. Тревожная музыка.
Очень хороша молодая женщина, какой-то звериной красотой и грацией. Несколько раз она показана бегущей на свидание - влекомая похотью как белуга на нерест. Возвращается досмерти напуганная встречей с демоном-свекровью - и снова бежит. Игра преодолеваемого страха и улыбки решимости на лице - глаз не оторвать.
Все гибнут. Мужика убивает какой-то приблуда - чтобы ограбить, конечно. А женщины, в погоне одна за другой, падают в яму, куда сбрасывали трупы раздетых жертв.
И опять порывы ветра, порывы какой-то диковатой восточной музыки и колышащиеся стебли осоки.
сплю

Гартман, Шелер, Раскольников

Гартман, как вы помните, категорически против телеологизма и для того, чтобы без него объяснить то, что обычно объясняют телеологически, прибегает к "уровневой" онтологии и уровневой аксиологии: высшее обусловлено низшим, но придает ему новый, более высокий смысл. Иначе: высшее у него фундировано низшим. Такое именно отношение существует, по Гартману, между ценностями и благами (ценными вещами или ситуациями):

Collapse )

В этом вопросе Гартман оппонирует Максу Шелеру (который был во многих других отношениях, его предтечей - как автор первой версии "материальной этики"). У Шелера все прямо наоборот ("обратное фундирование"):

низшие ценности могут правомерно существовать только постольку, поскольку существуют высшие ценности, с которыми они соотнесены и в которых они находят свой смысл.

Здесь, конечно, ключевое слово - "правомерно". Просто существовать низшие ценности и их носители могут, конечно, и без высших, но правомерно ли? Оправдана ли жизнь, не реализующая ценностей высших, нежели сама жизнь - вот, о чем спор.
Гартман категорически против того, чтобы высшее ставило условия низшему, достаточно того, чтобы оно открывало ему новые смысл.

Collapse )
Спор вовсе не схоластический. Вспоминаются по меньшей мере два примера, где этот вопрос обсуждается вне чистой философии.
Первый - это казус "Раскольников - процентщица". Шелер, конечно, не оправдал бы убийство по тому основанию, что жизнь процентщицы не оправдана более высокими ценностями (тут другая иерархия, самого Раскольникова). Но Раскольников, идя на убийство, вполне мог бы, если бы знал, привлечь его в оправдание.
Второй - это не раз мне встречавшееся в назидательных христианских текстах суждение, что любовь и милость не ради Христа лишена ценности тили, по крайней мере, малоценна независимо от своей силы и плодов. Прямо по Шелеру.
Но мне в этом вопросе ближе Гартман:

Collapse )