gignomai (gignomai) wrote,
gignomai
gignomai

Category:

Обязателен ли Гартману платонизм?

Он-то сам не видит альтернативы:

Ценности не только не зависят от ценных вещей (благ), но и позитивно их обусловливают. Именно благодаря ценностям вещи — а в широком смысле всякого рода реальные дела и ситуации — имеют характер «благ», т. е. ценны. Можно перевести этот тезис на язык Канта: ценности — насколько они вообще имеют отношение к тем или иным положениям дел — это «условия возможности» благ.
С другой стороны, неоспоримым фактом является то, что вещные ценности нельзя увидеть иначе, как в благах; и этому факту напрашивается эмпирическое толкование. Не очевидно ли, что в случае такого рода данности вещные ценности извлечены путем абстрагирования из ценных вещей, то есть что наше знание об этих ценностях происходит из опыта, в который блага нам даны?
Но что значит опыт благ? То, что мы одно переживаем как приятное, другое как полезное, нужное, необходимое. В этом переживании знание о ценности приятного, полезного, нужного уже предполагается. «На опыте» при этом узнается только то, что соответствующие вещи оказываются средством для того, чья ценность уже установлена ранее. И это установление интуитивно, неотрефлексировано, такое, сомнения в котором нет ни до, ни после «опыта». Оно априорно. В самом деле, как человек мог бы считать некие вещи благами, если бы не существовало независимой от их природы оценки, говорящей ему о том, что они имеют ценность? Ведь ценность свойственна не всем вещам и отношениям без различия; бывают блага, а бывают и беды. Но так как способ бытия благ и бед один и тот же — представляет собой одну и ту же действительность — по каким признакам человек мог бы их различить, если бы ему не говорило об этом его ценностное чувство? Он уже должен иметь критерий, вроде критерия приятного и неприятного, и с самого начала оценивать вещи исходя из него — в соответствии с ним вещи должны делиться на приятные и неприятные. Человеку нужно обладать первичным ценностным чувством, которое все вещи и отношения, попадающие в его поле зрения, соотносит с ценностью жизни и согласно этому разделяет на блага и беды. Иначе вопрос: «почему это—некое благо?» грозил бы превратиться в порочный круг. Если отвечать что-то вроде «потому что оно хорошо для чего-то другого», тотчас возникает вопрос «а для чего оно хорошо?». Вопрос уходит в бесконечность; а поскольку он всегда продолжает двигаться лишь в сфере благ, то явно начинает идти по кругу. Прекращается это лишь там, где ответ затрагивает уже не какое-то благо, но ценность, то есть то, что вообще только и делает блага благами.

Ну а если отождествить его "царство ценностей с культурой? Ведь априорность, так ему необходимая, чтобы избавиться от субъективизма и релятивизма, есть, как справедливо напомнил Кактус, понятие функциональное. Да и сам Гартман, критикуя формализм Канта, указывает на условность (функциональность) близкой по смыслу оппозиции "форма - содержание". Система ценностей, выработанная поколениями и транслируемая культурой, индивидом воспринимается как вполне объективная, не им придуманная, раз, и не эмпирическая, не из свойств самих вещей вытекающая, два.
Один аргумент против такой интерпретации у Гартмана есть:

Если же возразить, что человек опыт ценности все-таки мог бы получить от других, ... то на это возражение следует ответить: и подобным образом он не может узнать о ценности желаемой жизненной формы; скорее, наоборот, ему уже нужно иметь ценностный критерий для нее, чтобы знать, что реализованная другими форма жизни ценна. Его чувство и здесь должно ему для начала сказать, что она вообще ценна.

Восприятие ценности из культуры можно счесть восприятием ее от другого человека, и переформулировать этот аргумент так: а почему, собственно, я должен считать ценным то, что считается ценным в моей культуре? Это вопрос "переоценки ценностей". В прочитаной уже мною части книги в адрес Ницше высказана похвала (открыл многообразие ценностей) и упрек (свел дело к релятивизму), тогда как "выдуманное не имеет никакой власти над человеком. … Ибо ценностное сознание — чем бы оно помимо этого ни было — в первую очередь есть ценностное чувство, некий первичный, непосредственный контакт с ценным". Аксиома.

Любопытна одна предпосылка гартмановского, да и всякого метафизического философствования о человеке. Вопрос ставится о "человеке вообще", как бы выключенном из историко-культурного процесса. Только о таком человеке можно утверждать, как делает Гартман, что он объективно видит ценность и свободно решает, принять ли ее или отвергнуть. Всякий реальный человек обусловлен культурой, в которой и которой он сформирован, и, хотя к ценностям, которые он из нее воспринимает, он, конечно, может отнестись критически (если у него есть, сформировано чем), но...
Tags: Гартман, культура, платонизм, ценности
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 4 comments