gignomai (gignomai) wrote,
gignomai
gignomai

Сегодня утром почитал немного за завтраком книжку «Таинства игры. Аделаида Герцык и ее дети». А.Герцык, поздно родившая своих детей, превратила свою жизнь с ними в игру и творчество. А время было сами знаете какое. В 1917 старшему сыну, Даниилу, о котором в основном и речь, было семь, второй, Никита, на четыре года младше. Отец мальчиков, Д.Е.Жуковский, был арестован. Семья голодала. В 1925 умерла Аделаида Казимировна. В 1936 был арестован и в 1938 расстрелян Даниил. Выжил и произвел из себя потомство лишь Никита, чья дочь и рассказывает…
Книга, видимо, вся достойна прочтения. Но мое внимание во вступительной статье Т.Н.Жуковской остановила одна черта личности Даниила Жуковского, Дали, как звала его мать. Я даже не буду ее называть, тексты, по-моему, сами все говорят.
А. Герцык в письме к сестре от 18 августа 1922 года описывает переворот, происшедший с сыном: «Болел Даля хорошо, с увлеченьем, — сам составлял свою кривую, сам измерял себе температуру, вел записи того, что ел... А главное — он пронзен чудом, которое с ним случилось... По дороге мы говорили с ним о его безрадостности, о враждебном отношении к близким — вообще о его плохости, и я ему сказала, что это от отсутствия творчества в нем, и объяснила, что это значит. Мы шли мимо церкви — была суббота, и я предложила ему зайти на несколько минут (он еле шел от слабости) и помолиться о том, чтоб Бог послал ему творчество. Он согласился, и мы немного постояли на коленях в углу Спасской (моя любимая здесь) церкви. Там есть Христос с младенцем-Богоматерью на руках ... На следующий день определился тиф. И вот, когда началось выздоровление (две недели назад), он попросил карандаш и бумагу и начал рисовать. И сразу стали выходить у него дивные арабески, орнаменты, виньетки — и все лучше, лучше, — все радостней, все совершеннее. Все прежние «патанки» оказались фундаментом для того, что он делает теперь с огромной любовью и терпеньем. Правда, красивые мотивы переплетов обоев, начальных букв, ковров и т.д.! Но важно, конечно, только то состояние души, в котором он находится. Он радостен, кроток, благодарен всему и не устает повторять, что Бог совершил чудо. Рисует целые дни, лежа и сидя (иногда насильно отнимаем у него), и тогда он расспрашивает о стилях, о законах красоты и думает об искусстве».

Это было в 13 лет. А вот запись из дневника 1930 года (20 лет, Симферополь, учеба на физмате Симферопольского пединститута, голодное, по свидетельствам друзей, существование):
«...Прокрадывается все чаще и чаще странное, жуткое, не могу понять, искреннее ли, но во всяком случае, давнишнее еще и все более упорное желание.
Мне хочется... странно сказать, — и, пожалуй, страшно сказать, — мне хочется быть... арестованным... Попасть в тюрьму, быть высланным и т.д. Одним словом, хочется попасть под крылышко ГПУ. Интересно, если бы это на самом деле произошло, — я бы был доволен судьбой или переносил бы это хуже кого бы то ни было? Во-первых, я знаю, сейчас же появится «смирение». Сейчас же начнется опять сладостная покорность и интерес к жизни. Но не будет ли это чувство слишком миниатюрным по сравнению с мелочными роптаниями и материальными невзгодами? Мне это нужно. Мне порой кажется, что это единственное, что способно встряхнуть меня. И кроме того, мне это сейчас хочется испытать, кажется, больше всего другого. Ах, смогу ли я сказать, что хочу? Сейчас в нашей жизни, в окружающем потоке событий, это — главное, а я хочу жить с людьми. Чуждый им, я хочу наблюдать и их, и себя во всех обстоятельствах. Слившись с ними, но оставаясь в глубине, в самой большой глубине — только наблюдателем. «Близкий всем, всему чужой». Я хочу вплотную видеть, слышать людей, быть с ними; встряхнут ли меня людские трагедии, когда я буду наедине с ними? Во что переродится это биение сердца, —творческое, которое начинается, когда я слышу рассказы о докторе, проглотившем на днях в тюрьме часы, и о другом, вскрывшем себе вены, — когда я это слышу, я волнуюсь, но не с болью, не с жалостью, а творчески, от восприятия мира... Нет, впрочем, какая-то тяжесть, какая-то боль есть в этом волнении, но тоже творческая. Так вот, я хочу их ближе увидеть, хотя бы для обострения этих творческих восприятий, — их, и себя самого, и всех «нас» вместе.
Я даже еще больше хочу сказать! Я бы хотел нечто большее испытать. Страшно! Я прочел балладу о Редингской Тюрьме Оскара Уайльда, я видел сегодня в кино «Завтра ночью», ночь накануне казни.
Неужели это правда, — что я это хотел бы испытать? Сейчас мне кажется, что при создавшемся положении мне это нужно сейчас, — мне это осталось пережить. Это похоже, может быть, до некоторой степени на погоню за сильными ощущениями, но только похоже, — нет, это иначеватое! Я не хочу говорить, что я много пережил, но все-таки... И у меня теперь чувство, что все было ложно, что не было у меня никогда настоящего чувства. Так вот, желательно, чтобы я испытал то, что всегда бывает настоящим, — животный ужас неизбежности смерти... Я смотрел сегодня в кино ночь перед казнью, — их лица, как они курили, — и... мне казалось порой, что я завидую им... мне... как будто тоже хотелось выкурить такую же папироску. Узнать этот новый, неизведанный еще вкус табаку».

Через шесть лет, в 26, он арестован. И как окончательно узнано в 1994, 15 февраля 1938 года расстрелян.
Даниил Жуковский немало написал. Кое-что уже опубликовано (в том числе и в этой книге – письма, стихи, переводы, «Мысли о детстве и творчестве»). Еще не опубликованы «Слово – образ – звук» и «О ритме».
Subscribe

  • (no subject)

    Сегодня за ужином вдруг вспомнилась шутливая песенка, которую мне пел отец - не помню в каком, но явно раннем возрасте, - сочиненная то ли им самим,…

  • Задонск, невстреча с детством

    Если Таню в эту нашу поездку влекло желание побывать на земле, по которой мальчишкой бегал ее отец, то меня - память о самых, наверно, счастливых…

  • Сон-во-сне-во-сне...

    Давно не делился снами и не собирался. Но этот озадачил меня... Не знаю, с какого конца начать, поскольку он как бы надстраивался вширь. Возможно,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 28 comments

  • (no subject)

    Сегодня за ужином вдруг вспомнилась шутливая песенка, которую мне пел отец - не помню в каком, но явно раннем возрасте, - сочиненная то ли им самим,…

  • Задонск, невстреча с детством

    Если Таню в эту нашу поездку влекло желание побывать на земле, по которой мальчишкой бегал ее отец, то меня - память о самых, наверно, счастливых…

  • Сон-во-сне-во-сне...

    Давно не делился снами и не собирался. Но этот озадачил меня... Не знаю, с какого конца начать, поскольку он как бы надстраивался вширь. Возможно,…