gignomai (gignomai) wrote,
gignomai
gignomai

Categories:

что нормируемо? (продолжение)

Переношу продолжение "семинара" в новый пост - во-первых, для удобства, во-вторых, в комменты не вставляются схемы, использованные Виталием Дубровским.
Итак, В.Д. отвечает (25.01):
Разрешите мне сначала ответить на это Ваше письмо, а уж потом на письмо от 1/18/2012 9:19 AM с нумерацией вопросов. Вроде бы это те же вопросы, но поскольку они заданы в иной форме, то и ответы должны иметь разную форму. Кроме того, именно в этом письме Вы подняли кучу важнейших вопросов, которые требуют более детального обсуждения, поскольку, как говорил старик Гегель, «истина конкретна». Вместе с тем мне будет удобнее отвечать, если я сгруппирую Ваши вопросы и пронумерую их.


Фотосайт со вспышкой: схема от gignomai
схемаFlamber.ru

  1. Вашу концепцию абсолютной нормированности деятельности я понял и принял: отклонения нормированны. Но я вроде бы не про это. Я рассуждаю так. Норма - по понятию - предполагает возможность проверки на соответствие ей, т.е. должна быть однозначной (с точностью до несущественных вариаций внутри типа). Т.е. оператор действует правильно, по норме - выложили норму, сравнили, соответствует. Допустил ошибку, опять-таки сравнили с типом, квалифицировали.
        К сожалению, все не так просто. Тогда я на Ваш вопрос ответил в абстрактной форме противопоставления нормы (должен был добавить: «в паре с нормой вознаграждения») и отклонений (должен был добавить: «спаренных с нормами наказания» как полярных видов над основанием одного и того же рода – стандарта (норма Аристотеля). Обратите внимание, уже на этом абстрактном уровне видно, что стандарты не только транслируются как целостные структурные единицы, но в них уже также нормирована кооперативная реакция. Например, если взять Гесиодовское «лишь подлецу и злодею будет почет воздаваться», то оно указывает на то, что этот почет есть нарушение нормы справедливости, согласно которой подлец и злодей должен быть наказан.
        Но даже с дополнением реакций, такое абстрактное представление ни накладываемо на эмпирический материал, ни применимо на практике (моя статья в «Кентавре» №38). Поэтому, в соответствии с тем же Аристотелем, эта схема должна быть развернута до конкретного, что я и сделал в статье в «Кентавре» №39 (схема ниже).


Мне кажется, квота продавца может быть хорошей иллюстрацией этой схемы. Если продавец значительно превысил квоту (идеальная норма), то он получает бонус (награда). Если продавец просто выполнил квоту (допустимый средний уровень продажи), то он получает обычную зарплату (вознаграждение). Если продавец недовыполнил квоту (отклонение за пределы допуска), то он может превысить ее в следующий период (корректирующий акт) и избежать наказания. Систематическое невыполнение квоты (нарушение) скорее всего приведет к увольнению продавца (наказание). Во всех случаях отклонения от идеальной квоты могут привести к уменьшению прибыли (абсорбирование), если другие продавцы не превысят своей квоты (компенсация).
            Что касается ошибок оператора, то, помимо стандартного набора референтных типов ошибок (задействовал не тот орган управления, если нажал не на ту кнопку), эта структура указывает на иную типологию – правильное действие, латентная (незаметная – в пределах допуска, абсорбированная или скомпенсированная) ошибка, исправленная оператором ошибка и собственная ошибка (Kantowits and Sorkin, 1982).
        Еще сложнее дело со стандартами в контексте кооперации. Я консультировал одну фирму, в которой была следующая проблема (которую я здесь грубо упрощаю), связанная с отдаленностью подразделений обеспечивающих заказы (
sales divisions) и производственных предприятий. Отдел Заказов принимал заказы, задающие такие допуски, которые производственное оборудование не позволяло обеспечить. В результате, отдел качества возвращал продукцию для переплавки и переделки, что было бессмысленно. В качестве выхода из положения, начальники цехов звонили заказчикам и убеждали их принять продукцию с увеличенными допусками (корректирующие акты). Это вызывало конфликт между отделом заказов и контролем качества, с одной стороны, и производством, с другой. Я должен был предложить организационное решение проблемы. Здесь мне важно подчеркнуть, что в реальных случаях стандарты «плывут» и часто «доводятся» в результате переговоров.

2. Но! Как возможна проверка на соответствие образцу, "правильного" мышления - если не сводить "правильность" к отсутствию типовых логических ошибок? Как представить себе "норму", например, методологического мышления?

        Приведу два примера.
        В первом примере, отсутствие понятия нормы в социальных науках (да, да, там его не существует) связано с нарушением Аристотелевой нормы противопоставления (упомянутая статья в «Кентавре» №38). По Аристотелю члены противопоставления должны не только принадлежать одному роду, но одной и той же категории. В социальных же науках отклонение принято определять как «поведение, нарушающее норму». Но ведь норма есть модально императивное положение – предписание типа поведения, а ей противопоставляются не положения, а реальное поведение, не тип, а единичные случаи поведения. Они не различают нормативного плана от плана реализации (актуализации). Мое решение исходило из этого различения.

      Вторым примером может служить упрек Кактуса в «Живом журнале» в мой адрес (на него я отвечу в свое время) в том, что я впадаю в «грех натурализма», не указываю позиций, из которых я рассуждаю, так что получается, что я говорю о том «как оно на самом деле», а это, и я с этим в принципе согласен, в методологии недопустимо.
        Как видите, здесь речь идет о правильности методологического мышления, далекой от силлогистики.

  1. И эта трудность как раз, по-моему, и вылезла в той дискуссии о способе и способностях. Есть, как Вы и пишете, способы-нормы, транслируемые в знаках – здесь все ясно. Далее Вы пишете: "нормы могут существовать как транслируемые знаковые организованности культуры, а могут существовать в оестествленной форме способностей индивида". Но что такое способность? Если это интериоризованный способ в первом смысле, по которому - "из анализа повторяющегося выполнения деятельности, как актуализации одного и того же способа" – "возможна реконструкция способа в форме знаковых культурных организованностей", то в принципе перенос живого носителя не обязателен.

        Это не вопрос а банка с вопросами-пауками.
        Прежде всего, в отличие от тех времен, мы научились представлять способы в системной форме, и в частности категориально-процессуальный слой в форме кинетической структуры действия, целостность которой задается целью («купить картошку»); элементами которой являются стадии действия, каждая их которых может находиться в одном из трех длительных состояний – не выполнено, выполняется, выполнено; а связи суть моментальные переходы от выполнения одной стадии к другой. Это позволяет мне согласиться с Г.П. и говорить, о том, что способ это то, что принадлежит плану норм, а лучше, стандартов. Здесь важно отметить, что способ является стандартом только для акта деятельности, осуществляемого отдельным индивидом.
        Под способностями, соответствующими способу, я имею ввиду, умение целеполагания, различного рода знания, умения принятия решений разных уровней, а также базовые способности «восприятия», «запоминания» «переживания» и т.д., и «физические» навыки оперирования вещами и знаками. Эти способности приобретаются в процессе воспитания и обучения. Они существуют не в форме, соответствующей структурам способа, а в «микрокультурной» форме парадигматики и синтагматики. Иными словами, способности образуют парадигматический конструктор способностей, наряду с синтагматическими способностями сорганизовывания актуализации первых в реальном времени, в соответствии с предписаниями способа. Одни и те же способности могут принимать участие в актуализации многообразия способов.
        Базовые способности формируются у ребенка с помощью взрослых, не базовые у учеников с помощью учителя. При этом, их соответствие стандартам обеспечивается посредством сопровождаемых речью демонстрации «живых» образцов и коррекции «живого» подражания образцам. Причем, я не утверждаю, что так происходит «на самом деле», я утверждаю, что такое представление соответствует освоенному мной эмпирическому материалу «с точностью измерений» – наложений имеющихся в нашем распоряжении структурных схематических единиц деятельности.

  1. (И не стоял бы вопрос о "выращивании" методологов, да и вообще способных людей, непременно в ситуации живого мышления коммуникации и деятельности - а не "по книжкам"). Но Вы то настаиваете на существовании "остаточной" формы трансляции - образцов «живой» деятельности. И такой образец ну никак не похож на "классическую" норму - прежде всего, в том, что его невозможно использовать как критерий, мерило. Это сразу напоминает о методологах, про которых рассказывают, что они хмыкают или сморкаются как ГП. А вот мыслят ли как он? И что это может значить мыслить "по образцу ГП", которому никто, кажется, не отказывает в квалификации образцового методолога?

       Если мы принимаем положение Г.П., что методологическое мышление принципиально кооперативное и групповое, то вышеописанных способов и способностей для методологического мышления недостаточно, даже если они сформированы в результате демонстрации и коррекции самим Г.П. Дело в том, что коллективная деятельность предполагает в дополнение к способам еще и принципиально иные нормы нормы кооперации. Такими нормами, как минимум, являются протоколы координации, субординации и коммуникации. Если помните, в фильме «Ентель», в религиозной школе – ешиве раввин, имеющий непререкаемый авторитет, задает ученикам прочесть кусок священного писания. Затем он вызывает двух учеников и просит одного из них объяснить, как он понял прочитанное. Если второй ученик не соглашался, то раввин отправлял их спорить, пока не достигнут согласия и доложат ему. Если второй ученик соглашался, раввин отправлял его на место и вызывал следующего. Процесс повторялся. В заключение раввин указывал правильное понимание куска. Можно ли то, что формировалось у этих учеников назвать способностями (от слова «способ») я не уверен, по крайней мере, – это уже иной тип «способностей».

  1. Может быть, тут дело в том, что мышление вернее мыслить отличным от деятельности? ГП врод бы и пришел к этому в концепции МД? Вы ее, я так понимаю, не разделяете?
        Действительно не разделяю. В последней своей статье Г.П. противопоставлял методологию натуралистическому, как впрочем теологическому и феноменологическому подходам. Главной отличительной характеристики методологии от этих подходов является идея деятельности. В другой статье, следуя Канту, Г.П. полагал, что идея задается принципами. В частности, идея деятельности задавалась им четырьмя принципами – изначальность (единственно существующим является массовая деятельность), воспроизводство (процесс, конституирующий деятельность и задающий универсумальную целостность многообразию вовлекаемых в него предметов – людей, вещей, знаков и пр.), нормативность (всякое выполнение деятельности реализует стандарты) и историчность (в частности, стандарты изменяются со временем естественно исторически или в результате целенаправленной деятельности стандартизации).
        Разделять положение о том, что мышление не есть деятельность – это согласиться, что оно существует помимо деятельности, т.е. и
ли не нормировано, или не воспроизводится, или не исторично. В связи с моей ценностной позицией, я принять этого не могу. А позиция эта состоит в том, что идея деятельности является важнейшим вкладом методологии в человеческое мышление.
        Я подозреваю, что за положением, что мышление не есть деятельность, лежит понимание, ограничивающее деятельность исключительно оперативным уровнем. Таковым, например, и было представление атрибутивного знания в схемах замещения. Тогда все уровни, надстраиваемые над оперативным, можно называть мышлением. Так это было у Аристотеля, который называл мышлением принятие решения, а остальное «созданием». Но и при этом он добавлял, что «мышление есть деятельность» («Метафизика», Книга 9, Глава 9, 1051а 30). Если мыследеятельность понимать таким образом, то такое терминологическое подразделение допустимо, но не вижу в нем никакого преимущества. Мы всегда знали, что даже чисто мыслительная деятельность – эта особенный тип деятельности.
        Сама же схема мыследеятельности не только страдает кучей логических недостатков, но и применима только на уровне коллективной мыслительной деятельности. Очевидно, что она не применима к уровню актов индивидуальной деятельности. Она не применима к языку и мышлению, нормирующим сферу речи-мысли, которая является тотальным средством всякой деятельности – инфраструктурой, подобной транспорту, энергетике, и коммуникации.


Tags: методология, мышление
Subscribe

  • "Чевенгур" издали!

    Я имею в виду 4-й том Собрания сочинений, издаваемого ИМЛИ - хоть и не претендующего на полноту, но "научного", т.е. снабженного…

  • Рыцарь Копенкин

    Перечитываем в очередной раз "Чевенгур". И вот что я вам скажу: я, как читатель, наибольшую радость получаю от общения со Степаном…

  • Распутин

    Еще раз привлекаю внимание к замечательным очеркам С.Фомина о Первой мировой и предпосылках Революции. В них много и о Распутине важного,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 22 comments

  • "Чевенгур" издали!

    Я имею в виду 4-й том Собрания сочинений, издаваемого ИМЛИ - хоть и не претендующего на полноту, но "научного", т.е. снабженного…

  • Рыцарь Копенкин

    Перечитываем в очередной раз "Чевенгур". И вот что я вам скажу: я, как читатель, наибольшую радость получаю от общения со Степаном…

  • Распутин

    Еще раз привлекаю внимание к замечательным очеркам С.Фомина о Первой мировой и предпосылках Революции. В них много и о Распутине важного,…