gignomai (gignomai) wrote,
gignomai
gignomai

Category:

Август четырнадцатого 4

В продолжение предыдущей записи - письма Сергея Дмитриевича Четверикова Елизавете Сергеевне Недыхляевой с фронта. Сначала, впрочем, одно письмо от Е.С.

Е.С. Недыхляева - С.Д. Четверикову. 2 августа 1914 г. (В Москву).
Поздравляю Вас с назначением на войну. Счастливый Вы человек; я бы много дала, чтобы быть на Вашем месте. Я сижу без толку здесь и отдыхаю после всех приключений, т.к. я очень устала после езды из Стокгольма до Петербурга, в течение 4 суток спала только 9 часов, и когда я наконец приехала в Петербург, то позорно разревелась на извозчике, не найдя комнаты в 7 гостиницах. Извозчик очень трогательно меня утешал, а я только плакала и говорила: извозчик, милый, я спать хочу. Теперь смешно вспомнить, а тогда было не до смеху.

Напишите, куда едете, а если у Вас еще есть свободное время, то приезжайте на денек сюда на охоту. У нас тут такое гнилое скучное болото, что мне после моих мытарств совсем невтерпеж.
Подумываю, как бы удрать в Москву, но, кажется, сейчас все курсы сестер милосердия заполнены лицами с медицинским образованием и мне невозможно поступить.
Всего лучшего.
Е. Недыхляева.
Киржач Владимирской губ.

С.Д. Четвериков - Е.С. Недыхляевой. (В Киржач).
Что это Вам вздумалось мне писать?
Разве только по случаю такого глубокого исторического момента и, может быть, просто от скуки?
Особенного счастья на войну идти я не нахожу: ведь хорошо еще, если чисто убьют, а что если калекой вернешься и не хватит духа пустить себе пулю в лоб.
Да и вообще, это ощущение по словам очевидцев, не из особенно приятных.
А все-таки интересно, что там и как, да и реально не вполне отдаешь себе отчет, что могут убить или искалечить. У меня почти все готово к отъезду, исключая мелочей, которые я надеюсь сделать сегодня. Если удастся, то все-таки постараюсь приехать в Киржач проститься, а уж охота, Бог с ней: нет совершенно настроения. Сейчас у меня самое глупое положение: сижу у себя и жду, что каждый момент получу телеграмму с приказанием немедленно явиться к воинскому начальнику и ехать куда пошлют.

25 августа 1914 г. (В Киржач).
Еду со 2-м маршевым эскадроном 1-го Лейб-Драгунского Московского полка через Смоленск-Двинск. Едем в числе 4-х офицеров и 2-х офицерских жен. ...Настроение отличное. Слава Богу, кончилась эта неопределенность. А то каждый день перемены.
Вчера в Тамбове видел австрийцев (славяне, венгры, немцы), кавалеристы в нарядной форме, а пехота в защитной.
Привет всем Вашим.
С.Д. Четвериков.
В Смоленске будем 27 вечером. Если будете писать, то Двинск до востребования или 2 маршевый.

4 сентября 1914 г. Двинск.
Простите за запоздалое поздравление, но тут забываются все числа и дни. Если Вам интересно, то вот все мои приключения.
Попал я в Тамбов во 2-й маршевый эскадрон своего полка. Он, т.е. эскадрон, формируется из запасных кавалеристов и отобранных по реквизиции лошадей. Лошади даются седлаться с трудом, а о поводе и шенкелях не имеют в большинстве случаев ни малейшего представления. Почти все время в Тамбове ушло на выводки. т.е. смотры лошадей и нас 24-го отправили в Двинск.
Приехав через 5 дней в Двинск, мы выгрузились и переночевали в отличных казармах, а на другой день оказалось, что нас по ошибке переправили в Двинск. Мы опять погрузились и уехали в Витебск. Там после долгих злоключений устроились более или менее прилично. Только командир эскадрона (офицер 7-го запасного полка) что-то не совсем чисто с фуражом хозяйничает, и лошади сутки "читали газеты", т.е. ели только доски, которыми были забиты вагоны.
В Витебске оказалось, что все-таки нам надо в Двинск и вот мы опять здесь.
Наш командир, кроме того, страшная балаболка и его не дождешься, когда он что-нибудь сделает.
В Двинске наши казармы оказались занятыми, и мы остановились под открытым небом на голом песке. Штекер поехал устраиваться у коменданта крепости, его хорошего знакомого, и действительно устроил нам отличное помещение. А командир пропал куда-то. Тогда решили своей властью распорядиться и повели эскадрон. Командир велел вернуться и нам обоим страшно попало. Да и действительно это было сделано немного  некорректно. А теперь мы все-таки в тех же казармах. Надо поддержать хорошие отношения с командиром и извиниться. Завтра начнем занятия.
Мой адрес: Двинск, до востребования.
Пишите, а то я ничего не знаю про Москву.
Привет всем вашим.
С.Д. Четвериков.
P.S. Ужасно распустился за это время, надо подтянуться. Вся эта ерунда с командиром и все остальное от этого.
Не надо брать все так близко к сердцу, плюнуть на все и беречь свое здоровье.
Кому это все нужно и действительно ли все что я так делаю. Ну, да Вы ведь знаете немного мою психологию!

Ликсна Двинского уезда. 19 сентября 14 г.
...Сейчас остался один в эскадроне. Шатковский (командир) в строевые занятия не вмешивался пока, да, мне кажется, и не будет вмешиваться, т.к., по-видимому ничего не смыслит в строю. Ведь он "запасер", т.е. запасного кавалерийского полка, а они там. во-первых, отбросы кавалерии т, во-вторых, строевых занятий там нет. Во всяком случае увидим. Штекер и Кенеман удрали в Москву "для покупки теплых вещей.
Слава Богу сегодня прояснилось и есть надежда на охоту завтра.
От командира мне вовсе не так здорово попало, как Вы думаете. Обидно было только то, что старался сделать  лучше, а тебя же выругали. Вообще он мне действует не нервы. Врет он прямо как "зеленая лошадь", да к тому же по всем признакам не совсем чист с довольствием эскадрона.
Пока сидим здесь, в Ликсне довольно прочно и когда двинемся, не знаю. Как-то совсем утерялось впечатление, что мы в действующей армии. Живем великолепно. Хозяева даже слишком любезны.
Пойдем мы на Прусский фронт, но когда и как? Последние известия от Штекеров были хорошие: они участвовали в боях, но, слава Богу, невредимы. Про Колю Бакланова ничего не  знаю. Да и вообще в Москве гораздо больше известно о войне и знакомых, чем здесь. Брат мой в Витебске. Звал его приехать, да вот еще нет ответа.  ...
Сергею Сергеевичу привет и пожелайте ни пера, ни пуха. Боюсь, что письма пропадают и теперь буду ставить
номера.

Привет всем.
С.Д. Четвериков.

Олита, 9 октября 14 г.
Вот мы и в полку. Осталось догнать верст 60, а впрочем, Бог знает, где они теперь?
Погода пасмурная и ветреная.
Адрес мой: 1 армия, 1 Лейб-Драгунский полк. Где-то около Калварии мы должны соединиться. Настроение приподнятое.
С.Д. Четвериков.

24 октября 14 г.
Хотя мое письмо, вероятно, и не придет в срок, но попасть аккуратно с войной трудно. Уже 14 октября присоединились к полку, причем 7 1/2 часов ночью шли под дождем и промокли насквозь. Остаток ночи провели мокрые в холодной школе и еле отогрелись у печки, которую топили лавками. Утром явились в полк и нас разбили по эскадронам. Мы с Штекером попали в 1-й эскадрон, к Ознобишину, с нами же Можаровский. ...Потом пошли брать местечко В. на самой германской границе. наш эскадрон - прикрытие коневодам, а остальные в нашем строю брали город. Наша армия  сделала несколько выстрелов, и германцы (кавалерия), конечно, удрали, и мы без единого ружейного выстрела заняли город.
Германию видно, но еще там не бывал, хотя наши войска уже перешли границу. Все время идет артиллерийская стрельба и, главным образом, из тяжелых орудий. Сегодня ночью была атака и страшная стрельба, но результатов еще не знаю.
Третьего дня германцы сделали атаку, но были отбиты и потеряли 40 человек пленными и 2 орудия. У нас, говорят, убиты полковник и генерал.
17 октября мы ходили всей дивизией, но опять наш эскадрон прикрывал артиллерию. А на другой день весь полк отдыхал, а мы 12 часов стояли в низине на морозе и ветру и прикрывали артиллерию, которая все время молчала и только под самый вечер получила приказание обстрелять 3 немецких деревни. В одной "ночевал" наш разъезд и после первых выстрелов пулей вылетел обратно в местечко.
Когда смотришь, как стреляет артиллерия, то приходится быть очень осторожным, т.к. немцы сейчас же могут обнаружить, где находится артиллерия, если увидят людей. Мы себе устроили вроде ложи и там сидели. Холод был адский. Ноги зябли страшно, да и самому, несмотря на 2 фуфайки, китель и шинель, было холодновато. Вот уже почти день сидим в избе и ничего не делаем. Пехота там работает, а нам делать нечего - только разъезды по очереди. ...
Если вы будете посылать теплые вещи, то посылайте прямо на мое имя, по крайней мере, дойдет прямо к солдатам. Очень полезной вещью оказался шоколад, т.к. есть приходится только вечером часов в 8, а нам день так и болтаться с пустым желудком. Если же есть шоколад, то можно и закусить. Вообще мы живем впроголодь и даже белого хлеба не видим.
Мой адрес: Конный отряд генерала Гурки  1-ый кав. дивизии 1-го Драгунского полка.
С.Д. Четвериков.

7 ноября  14 г.
Пишу Вам на бумаге, "покупленной"  в городке Р. Тут можно все достать и есть дешево. Жителей нет и все магазины отперты, что надо берешь и уходишь. Вообще понятие о чужой собственности теряется. Например, живем в отличной квартире с мебелью и всем инвентарем. Едим гусей, уток и индюшек, которых нам "присылают" из имений и ни копейки не тратим. Однажды здорово попал под шрапнели, да моих дозорных обстреляли из винтовок, к счастью мимо.
Пишу письмо и пью чай из китайской чашки, конечно, местной. А завтра опять в сторожевое охранение. Одно скверно -  нет водопровода в квартире и ванны. Уже не мылся больше месяца, и насекомые начинают ползать и кусать. Хорошо еще, одеколон "покупил" в парикмахерской здесь.
Ночь провел на соломе в сарае вместе с лошадьми, т.к. был в разъезде и особенно-то не разоспишься, а то и не проснешься.
Утром немка угощала хлебом с маслом и свежим густым молоком. В знак благодарности забрали у нее садовые ножницы резать проволоку, два седла - одно русское, а другое немецкое военное.
Теперь обзавелись парой лошадей и экипажем и возим еду и разные вещи. А вот один раз мы сидели 2 дня без обоза и питались кое-чем: яблоками, картофелем, медом и т.д. Хорошо еще, что много гусей и прочей живности. Солдаты сыты. "А если и табак есть, солдат жив", это они сами говорят. Но вот пехота - это действительно герои. Ужасно трудно у них. Сиди в этих сырых окопах, а тебя поливают шрапнелями и пулями. Ну их и выбывает из строя много сравнительно с нами.
Зато в разъезде можно здорово нарваться.
Ваше странное и по-Вашему "дикое" письмо я все-таки получил. Особенно ничего там нет. А что Вы любите немного похвастаться, то это я уже давно замечал.
Что нового в Москве? Скверно не иметь газет уже 2 недели и читать старые новости. Вот германскую газету интересно найти. В одной Вильгельм пишет солдатам, чтобы они не отступали и не огорчали его и его народ. Ну да воззванием не поможешь. А они здорово дерутся. Но теперь и у нас есть тяжелая артиллерия. Они, по-видимому, скрывают, что оборона (нрзб.) у нас. Я вынес такое впечатление из их газет. Недавно приказ издан в Берлине, чтобы рестораны бережнее6 расходовали хлеб и брали отдельную плату.
Ну, 2 часа, пора спать.
П
ривет всем.
С.Д. Четвериков.

15 ноября 1914 г.
Сейчас получил В аше письмо и спешу ответить. Не знаю, застанет оно Вас или нет.
Вы еще так наивны, что думаете, что кавалерия ходит в атаку? Еще за всю войну ни один эскадрон по-настоящему не ходил ни разу. Сумцы один раз пошли. Немцы заманили их под пулеметы и убили и ранили 14  человек...
Несколько дней, как стоят морозы, но у меня есть полушубок, а на него надеваю шинель. На ногах валенки, т.е. тепло. только руки мерзнут.
Питаемся как когда. Обыкновенно утром еще успеваешь закусить и потом целый день болтаемся без воды и питья, и уже только вечером ешь и то хорошо, если придется обедать, а то так, что найдешь. Всегда ношу в кармане шинели сахар, монпансье и соль. В кителе - нож, вилки и ложки. В седле тоже чай, сахар и шоколад. Во всех домах почти есть свиньи и другая живность. Когда можно разводить огонь, то варим и жарим. Сегодня, например, ели куриный бульон с картошкой, морковью и луком. На второе - вареная курица с солеными огурцами. На третье - чай с шоколадными конфетами и печеньем.
А в разъезде пил только чай, да и то из ведра. Солдаты вскипятили воду в ведре и в нем же заварили чай. Ночевали в свином сарае. Это в мороз-то!
Вот и вся походная жизнь. В разъезды ездим по очереди. Следующая очередь моя. Скверно, если на 2 дня. Ночевать приходится очень и очень с опаской. Часто выдают жители. Одного офицера 2-го уланского полка так убили. Но жителей очень мало. Остаются только женщины, дети, старики и калеки (хромые, глухонемые и т.д.). Приходится им приказывать сидеть дома и носы не показывать, а то...! Но масса фольварков совершенно пустых. Приедешь - холод собачий, печь дымит и в окнах нет двойных рам. с вечера натопишь здорово, а утром холодно. Да еще почти каждый день со свечами вставать. Недавно делали разведку всем полком. Дороги ужасные. Грязь замерзла култышками и ехать можно только шагом да и то по одному. Полем совсем скверно. Масса канав и проволочных заборов. Уже 2 раза упал с лошадью вместе, но все благополучно.
Лошадь проклятая часто спотыкается и плохо прыгает. Вот удирать-то плохо!  А частенько приходится... Пришлось делать допрос двоим немцам, которых првиели наши солдаты. Я один из лучших "знатоков" немецкого языка у нас в полку.
Солдаты часто обращаются: Ваше благородие, а как по-ихнему овес или молоко или что-нибудь еще. Утром двинулись дальше. Мне дали задачу со своим взводом занять деревню, где заведомо были немцы. В конном строю это сделать было невозможно и пришлось идти верст 7 пешком. Перелезали через речку по бревну, шли лесом и, наконец, вышли на поле к деревне. Тут ко мне присоединился разъезд от 2-го эскадрона и команду принял начальник его. Пешие разведчики подошли в деревню и там в них начали стрелять.
Оказалось, что немцы вырыли окопы и около 1/2 роты сидит там. Мы, конечно, пошли назад. Вообще эта пехота! Ничего с ней не сделаешь. А как хорошо, когда своя подойдет. Как дома себя чувствуешь. Только громит она дома здорово. Да еще казаки! После войны, если вернусь, то многое про них можно рассказать.
Без газет плохо! Уже 2 недели как не имеем газет. Только слыхали, что Плеве3 забрал 2 полка и разбил корпус. Немцы у себя пишут о своих победах, что у них 45000 пленных и хвастают своим флотом.
Получили ли Вы письмо с поздравлением ко дню рождения? Что было в письме "прямо в действующую армию"? Последнее было о том, что Вы очень рады, если я не получил Ваше письмо, написанное на дежурстве.  ...
Надоело стоять на одном месте, да и фураж подходит к концу. Да вот пехота не продвигается.
Теперь окопы не выроешь, а пехота без окопа ничего не может сделать.
А мы так и не умеем окапываться.  ...
Ну, что, должно быть, последнее письмо, т.к. уже других Вы, наверное, не получите.
Несу в штаб и конец.
С.Д. Четвериков.




Следующая пачка писем, после долгого перерыва, когда и он, и она  были в действующей армии, относится уже к концу войны. Их - потом.


Tags: Первая мировая
Subscribe

  • (no subject)

    Как не процитировать? В окна Совета пахло навозной сыростью и теплом пахотной земли; этот старинный воздух деревни напоминал о покое и размножении,…

  • (no subject)

    Один из соседей по палате, Игорь, 30-ти лет крепкий, добродушный мужик. По взглядам - типичный представитель путинских 80% (я ему сказал об этом, со…

  • Перечитывая Шифферса: "Русские"

    Это - небольшой текст, написанный, видимо, в 1987 году для проектируемого детского театра "Русская школа". Начинается он с большой цитаты…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment