?

Log in

No account? Create an account

gignomai


Журнал Владимира Рокитянского


Previous Entry Share Next Entry
основной вопрос богословия: как не болтать о Боге
gignomai

Прослушал спецкурс Анны Ямпольской про «критику онто-тео-логии», т.е. – упрощая и заостряя – про то, как не заболтать Бога. Линия (пунктиром): от «апофатического богословия» Ареопагитик через Силезского Ангела к Хайдеггеру и, далее, к трем французам: Левинасу, Деррида, Мариону. Читали и обсуждали тексты. Читать я не успевал, читаемое понималось плохо. Что-то стало проясняться на «Именах Бога в Талмуде» Левинаса (сейчас, правда, уже плохо помню, что), но инсайт случился на Марионе («Об имени Бога» и «Метафизика и феноменология»). Через него стало понятнее и то, что писал об онто-тео-логии Хайдеггер, и «деконструкция» апофатики, которой занимался Деррида. Но «понимать тушкой» (очень понравилось выражение, подслушанное у otgovorki) стал, когда добрался до спора Деррида и Мариона о молитве. Оба против «метафизики присутствия», для которой Бог – в числе сущих (хоть и в качестве сущего «по преимуществу», сверхсущего и основания всех сущих и всего сущего (эта метафизика была изничтожена еще Хайдеггером). Оба приняли к исполнению императив: не прилагать к Нему предикатов, нарицательных, субстанциальных имен – чтобы не молиться концептуальному идолу, порождению своего ума. Вот как бы зачин их спора.
Деррида: только чистая мольба (euhē) – «Господи, помилуй», не больше.
Марион: еще и хвала (humnein), благодарение.
Деррида: в хвале уже есть предикация, хвалим определенного Бога, предицирумого тем, за что хвалим. Он и отрицательное богословие Ареопагита «деконструирует» на том основании, что вроде бы отрицается в отношении Бога всё, вплоть до бытия, чтобы затем и тем самым утвердить Его сверх-бытие, сверхсущностность (а это и есть онто-тео-логия). «Comment ne pas parler» («Как не говорить») называется одна из его работ.
Марион возражает – но там уже разворачивается мощная дискуссия, втягивающая много чего, в том числе феноменологию. Феноменология смыкается с апофатическим богословием в завороженности вопросом: «можно ли записать (= описать, = помыслить) не придуманное?» (формулировка из предисловия В.Молчанова ко 2-му тому «Логических исследований» Гуссерля).

Для меня (это я к тому, почему мне всё это важно) речь идет о той точке, с которой всё – т.е. всё главное, то, что придает смысл всему остальному – начинается, с первофеномена (совершенно не знаю, так ли я пользуюсь этим термином, как Гёте или, скажем, Свасьян) молитвы. Euhē для меня – это вздох безумной старухи «Ой, Господи!», который сопровождал мою жизнь в первом неродительском доме.  
А для humnein, «слава Богу», достаточно посмотреть из окна на снег в деревне, где я сейчас нахожусь, или вспомнить то и тех, кто и что мне подарено.
Еще Крест – это что, уже «предикация»?

Во всяком случае, вопросы о том, как все это мыслить и как об этом говорить (с тем, с кем говорить хочется), остаются. Читая оставленные мне А.Я. тексты, переводя их для себя, буду выкладывать кусочками, может, от себя добавлять пару слов.



  • 1
= против «метафизики присутствия», для которой Бог – в числе сущих (хоть и в качестве сущего «по преимуществу», сверхсущего и основания всех сущих и всего сущего (эта метафизика была изничтожена еще Хайдеггером

не обращал внимания. а не подскажите, где?

Я имею в виду работу "Онто-тео-логическое строение метафизики", вошедшую как 2-я часть в "Тождество и различие" (русск. перевод М.: Гнозис, 1997). Есть ли в Сети, не знаю. "Изничтожена", как Вы, думаю, понимаете, означает подвергнута критике - принятойй, что мне важно, обоими оппонентами, Деррида и Марионом.

ну я бы не стал так категорически утверждать о Х.

вот открыл, и пожалуйста:

= А посему и без-божное мышление, принужденное отказаться от философского бога, бога как causa sui, пожалуй, ближе Богу божественному. И значит это только то, что здесь Ему свободнее, чем способна допустить

Он же там рассуждает о causa sui, да еще в духе собственной онтологической дифференциации, что само по себе мудрено, мягко очень говоря. Вот такое вот представление у онто-тео-логики о causa sui, а не о присутствии Бога в бытии, и не более.

Ответ поместил в корневой комментарий по ошибке.

Для меня тут важно вот что. Х. показывает, как устроена онтотеология, что она Бога как основание всего сущего (в одном из поворотов causa sui) отождествляет с Богом как высочайшим сущим. Это и есть Бог философов, Бог метафизики присутствия, Бог человеческий конструкт, концептуальный идол. Такому мышлению о Боге он и предпочитает без-божное мышление (см. Вами приведенную цитату), предпочитает в итоге говорить о бытии, а не о Боге. Отсюда и отправляются Деррида с Марионом. Деррида продолжает "без-божную" линию, а Марион настаивает, что мыслить о Боге можно и не впадая в "философского Бога".

у Вас нет ссылок на выложенные аудиофайлы?
(хорошо бы--и на невыложенные тоже :>)

Поскольку был прямой запрет на публикацию их в открытом доступе, должен спросить разрешения.

спасибо, жду.
я, вообще-то, уже и лично обратился, но ответа пока не получил.
(это, чтобы не искать по журналу; один файл я нашёл и загрузил уже)

Все ОК. Анна ответила, что сама хотела послать, но очень замотана сейчас. Сегодня же все пошлю.

прекрасно.
сообщу, как дойдёт.

А вы знаете, что "Идол и дистанцию" Мариона уже перевели на русский? Оно как раз об этом всем.

Спасибо. Это, кажется, в "Символе". Тогда да, знаю. Завтра поеду покупать.

Вот нашел в сети: http://iph.ras.ru/uplfile//histsc/1-version_final.doc

//Деррида: в хвале уже есть предикация, хвалим определенного Бога, предицирумого тем, за что хвалим// - не согласен с Д.: а если просто так хвалим, "ни за что"?

Так я тоже не согласен. Он хочет сказать, видимо, что если хвалим, то за этим стоит предикат "благой" и т.п., и противопоставляет этому "прочтую молитву", чистую мольбу. Но так рассуждая (т.е. опираясь на будто бы подразумеваемое) и в "Помилуй" (это он допускает) есть подразумеваемое представление о милости...
Но за этим его остервенелым иконоборчеством стоит что-то мощное, что хочется опознать и выкорчевать.

Пока я не вижу остервенения, наоброт, благодарен ему за все эти тонкие различения. Просто у него о религиозной жизни, что вполне понятно, могут быть ограниченные представления. Например, о славословии он вовсе не знает? Кстати, Митрополит Антоний Храповицкий в катехизисе так прямо и пишет о трех видах молитвы: славословие, хваление, мольба, и первый ставит превыше всего как абсолютно безкорыстный. Он же может быть и безпредикативным, когда удовольствие славить Бога станет абсолютно "незаинтересованным". Хотя апофатики накинутся и на удовольствие?

Так вот этот предельный апофатизм я и назвал остервенением - не в смысле особой страстности, а в смысле радикализма. Но следить за его мыслью, согласен, интересно. Потому и влип.

  • 1