gignomai (gignomai) wrote,
gignomai
gignomai

ОТЕЦ 220: 1944 (98)

"Родила меня кручина
Горе выкормило
Беды вырастили"

Быстро! Стрижена девка не поспеет косы заплесть!
(Хорошо!)

Из Филаретовского "Потребника" (1623 год, лист 660)
"Воистину суета всяческая! Житие бо се - сон и сень и всуе мятется всяк земнородный".
(Вот формула отношения религии к жизни)

Когда подчеркнута вся книга, не обращаешь на это внимание. Есть люди, у которых подчеркивать - болезнь. Но когда видишь одно подчеркнутое место, веришь, что человек искренно и сильно был затронут этой фразой.
Здесь у фразы "Никогда, мой друг, не помышляйте о земной, страстной любви к какому бы то ни было мужчине" коротко, чернилом: "Дура".

"Без детей горе, а с детьми вдвое".

Хлеб без начинки в виде пирога называется "пирогом с молитвой".

"Подай вам, Господи, больших урожаев, подай вам, Господи, прибыли хлебной в поле ужИном, на гумне умолотом, в сусеке спором [?], в квашне всходом. Из колоска бы осмина, из единого зернышка каравай!"
(Ни одного лишнего слова: на гумне умолотом, в квашне всходом).

"Не хвальна похвальба до дела".

На эстраде, в фойе кинотеатра, старый рояль. Когда-то белозубая клавиатура теперь смотрит оскалом старика-курильщика (щербатая, пожелтевшая!).
Посетитель скучают. Оркестра нет. Но вот на эстраду поднимаются двое офицеров. Один развязно садится за рояль. Несколько аккордов, и аккомпанируя себе начинает петь. Хорошая лирическая песня с добавлением, как ему оторвало ногу, и ей он теперь не нужен. Голоса, конечно, нет. Утесовский речитатив-мелодекламация. Он рыжеват, румян и голубоглаз. Но налет нагловатости и остренькие ушки в сторону говорят о его национальности.
Толстый офицер интендантского вида окликает его из толпы, собравшейся около эстрады. Тапер оказывается не то Канторович, не то Фанторович.
- Пойдем пиво пить.
Минут через 10 он появляется снова. И снова в том же репертуаре.

У базара, чуть в стороне, круглолицый парень пьяно плачет на плече приятеля: "За что? Рубашку жалко ведь! Весь я в крови!". Крови, правда, не видно, но в двух шагах от него, на тротуаре следы происшествия: большая лужа блевотины - огурцы и огурцы.

Муж у нее был молодой и моложавенький, румяненький и круглолицый, одного с ней роста. Она не была красивой, хороши были локоны и скулы, и чрезвычайно легка и изящна походка. Если руки у нее не были заняты, она шла слегка расставив их в стороны, пощелкивая пальцами.

Слабая лампочка за перфорированным железом слабыми пятнами освещает стоя спящих людей, тесно набитых в трамвайный вагон, а на скамейке, тоже стоя, спит девочка-кондуктор. Закрытые глаза и обтянутые скулы делают ее лицо похожим на лицо мумии, только вместо сепии синевато-белая кожа.
Мертвое лицо.

На обороте карточки странная надпись: "От любимого мужа" (какая самоуверенность!).

Малышевский [?] голос в темноте:
"Деньги есть, ложись на нары
Денег нет, ложись на нары".
Tags: Война, Казань, отец
Subscribe

  • о стихе Вагинова

    Договорились с двадцатилетней дочерью моего друга, что буду посылать ей время от времени стихи и будем делиться впечатлениями. Естественно и…

  • девичья религия

    Попался пост любопытный – про книжки для девочек. Первой там «Девочке в шаре всё нипочём» Александры Зайцевой. Ученица…

  • Господи, помилуй

    pavel_g_m все цитирует сочувственно о. Вяч. Рубского, на этот раз об устаревшей идее греха, о ненужности молитв о прощении и о…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 8 comments