October 6th, 2018

Дети и каторжники

С этими детьми Таня занимается музыкой с первого класса. Сейчас это - восьмой. В прошлом много чего было - любовь (взаимная), открытия, трудности. В прошлом году они, говорит Т., с ума посходили - делать ничего не хотят, скандалят, не поймешь, что с ними делать. Сейчас все нетривиальные замыслы - побоку, просто поет с ними на уроках. А Т. их наблюдает.
Поют. Нравится. Но больше всего любят петь "Колодников". А на словах "Нашего товарища на каторгу ведут" у всех слезы на глазах.

Оставшееся время

Так книга называется, Джорджо Агамбена. Замечательная. Она посвящена "Посланию к Римлянам", даже только одному зачину его: "Павел, раб Иисуса Христа, призванный Апостол, избранный к благовестию Божию". Этот тот род работы с текстом, который я очень люблю - тщательный, медленный разбор с привлечением всего, что может вскрыть многослойный смысл. А ключевая мысль там - то, что время Послания - мессианское время, когда, по мысли Павла, всё должно быть пересмотрено в свете подошедшего вплотную конца, он же начало.
Но поводом к этому посту послужила не книга, я просто вспомнил о ней, когда решил написать.
Звонит мне вчера в полночь приятель (почти такой же старый, как я). С извинениями, что мог и разбудить, но - "не могу не поделиться открытием". Он вдруг осознал, что некуда торопиться, успевать, что никому он ничего не должен... Почувствовал освобождение и возликовал!
Вечером-то я поподдакивал: да, здорово, верно... А утром вот что подумал.
Мысль, правда, хорошая. Но притом, полагаю, не всеобщей применимости. Не категорический императив, а вполне "лицеприятная" мысль. Это ведь про естественную и искусственную установку в отношении своей жизни: "делать" ее или дать ей естественно течь...
Кому как. Мне так, пожалуй, и правда, стоит иногда притормозить, понаблюдать естественный тренд (обе Татьяны мне, кстати говоря, в разных выражениях про это говорили). А вот приятель мой, сдается мне, придумал это себе в оправдание "практики небытия". Впрочем, не мне чужую жизнь судить...