December 23rd, 2016

сплю

Гегель: снятие

По-моему, явное родство с методом двойного знания и оппозицией "объект - предмет" у Г.П.Щедровицкого.

Гегель о «Снятии»:
Снятие (Aufheben) и снятое (идеальное – ideelle) есть одно из важнейших понятий философии, основное определение, которое встречается решительно повсюду и смысл которого мы должны точно понять и, в особенности, должны различать между снятым и ничто. — То, что снимает себя, еще не превращается вследствие этого в ничто. Ничто есть непосредственное; снятое же, напротив, есть некое опосредствованное: это — не-сущее, но как результат, имевший своим исходным пунктом некоторое бытие; оно, поэтому, еще имеет в себе ту определенность, из которой оно произошло.
Aufheben имеет в языке двоякий смысл: оно означает сберечь, удержать, сохранить и вместе с тем прекратить, положить конец. Само сбережение уже заключает в себе тот отрицательный смысл, что нечто изымается из своей непосредственности и, значит, из открытой внешним воздействиям [сферы] наличного бытия для того, чтобы сохранить его. — Таким образом снятое есть некое вместе с тем и сбереженное, которое лишь потеряло свою непосредственность, но отнюдь не уничтожено вследствие этого.

А вот как это поясняет Власов:
Снятое (Angehobene) и положенное (Gesetzte) – идеализованная и опредмеченная определенности.
Определенность может существовать в двух формах: в прдметной форме и в форме субъективной, в форме знания. Различие между двумя этими формами
показано на схеме 1:




Collapse )
просыпаюсь лицо

Гегель против субъективного идеализма

Положение, гласящее, что конечное идеально, составляет идеализм. Философский идеализм состоит не в чем другом, как в том, что конечное не признается истинно сущим. Всякая философия есть по существу идеализм или, по крайней мере, имеет его своим принципом, и вопрос затем заключается лишь в том, насколько этот принцип действительно проведен. Философия есть столь же идеализм, как и религия, ибо религия столь же мало признает конечность истинным бытием, некоторым окончательным, абсолютным или, иначе говоря, некоторым не положенным, не сотворенным, вечным. Противоположение идеалистической и реалистической философии не имеет поэтому никакого значения. Философия, которая приписывала бы конечному существованию (Dasein) как таковому истинное, последнее, абсолютное бытие, не заслуживала бы названия философии.
Первоначала древних или новых философских учений — вода или материя или атомы — суть мысли, всеобщее, идеальное, а не вещи, какими непосредственно предстоят нам, т. е. вещи в чувственной единичности; даже фалесовская вода не есть такая вещь; ибо, хотя она есть также и эмпирическая вода, она есть вместе с тем «в себе» или сущность всех других вещей, и эти последние суть не самостоятельные, не обоснованные внутри себя, а положены проистекающими из другого, из воды, т. е. идеальные. …
Когда говорят об идеальном, обычно имеют в виду прежде всего форму представления, и идеальным называют то, что вообще есть в моем представлении или в понятии, в идее, в воображении и т. д., так что идеальное признается вообще также и фантазиями – представлениями, которые, как предполагают, не только отличаются от реального, но по существу и должны быть не реальными. В самом деле, дух есть вообще настоящий идеалист; в нем, уже как в ощущающем и представляющем, а еще более, поскольку он мыслит и постигает в понятиях, содержание дано не как так называемое реальное существование (Dasein) — в простоте «Я» такого рода внешнее бытие есть лишь снятое, оно есть для меня, оно идеально во мне. Этот субъективный идеализм, высказывается ли он и устанавливается как бессознательный идеализм сознания вообще или сознательно как принцип, имеет в виду лишь ту форму представления, по которой некоторое содержание есть мое содержание.
Систематический субъективный идеализм утверждает относительно этой формы, что она есть единственно истинная, исключающая форму объективности или реальности, форму внешнего существования сказанного содержания. Такой идеализм формален, так как он не обращает внимания на содержание представления или мышления, каковое содержание может при этом оставаться в представлении или мышлении всецело в своей конечности. С принятием такого идеализма ничего не теряется, как потому, что сохраняется реальность этого конечного содержания, наполненное конечностью существование, так и потому, что, поскольку абстрагируются от него, оно само по себе не должно иметь для нас никакого значения; с принятием этого идеализма ничего также и не выигрывается – именно потому, что ничего не теряется, так как «Я», представление, дух остается наполненным тем же конечным содержанием. Противоположность формы субъективности и объективности есть, разумеется, один из видов конечности. Но содержание, как оно принимается в ощущение, созерцание или же в более абстрактную стихию представления, мышления, содержит всю полноту и разнообразие конечности, каковые с исключением лишь одного вида конечности, формы субъективного и объективного, еще совершенно не устранены и тем более не отпадают сами собою.
 
сплю

Про идеал (5)

Я опускаю несколько звеньев нашей переписки, где мы выясняем недоразумения. В конструкции, выстроенной моим корреспондентом, дело выглядит так: есть идеалы – националистический и коммунистический – и есть проекты, принятые к осуществлению на их основе – нацистский и большевистский. Идеалы, как им и положено, красивы, а проекты, по его оценке, один другого стоят, оба чудовищны и при своей реализации принесли неисчислимые беды.
Отвлекаясь пока от оценки (здесь трудность в том, что коммунистический идеал нужно реконструировать, чтобы не смешивать его с реальностью), я выразил уверенность, что националистический идеал – нонсенс. И в ответ получил его изложение.

Collapse )

... Гегель

А кстати, снятие и распредмечивание - это про одно и то же. Я вот только не знаю, был ли у Гегеля термин "распредмечивание". И как это по-немецки?

UPDATE.
Выношу из коммента:
Можно, наверное, так сказать: распредмечивание - это момент, первый этап перепредмечивания. А в "снятии", похоже, склеены эти два этапа.
Кстати, выясняется вроде бы (статья Г.Батищева в "ФЭ"), что "опредмечивание и распредмечивание" получили категориальное оформление у Маркса, который в свою очередь ссылался на диалектику самораскрытия Духа в "Феноменологии духа". У Гегеля я "распредмечивания" (как термина) не нашел, но "опредмечивание" есть: Gegenständlichwerden.