September 7th, 2016

старый усмехаюсь

Метро, Достоевский, Витгенштейн

Ехал в метро и через плечо разглядел, что именно в смартфоне читает сидящий рядом юноша - "Братьев Карамазовых".
Вспомнилось, что недавно в Ленте кто-то публиковал выдержки из фронтовых дневников Витгенштейна, время написания "Трактата". Тогда же, оказывается, В. не расставался с "Братьями", знал их почти целиком наизусть. И что это как-то проявилось в последних частях "Трактата"...
Я, как, подозреваю, и многие, неоднократно начинал читать, но не мог продраться через частокол нумерованных тезисов (с подпунктами и подпунктами подпунктов) и добраться до конца. А сейчас вот взял и почитал только последние страницы.
"Мир счастливого отличен от мира несчастного".
"Мистическое - не то, как мир есть, а что он есть".
"Постижение тайны жизни и времени лежит вне пространства и времени".
"Смерть не событие жизни. Человек не испытывает смерти.
Если под вечностью понимать не бесконечную длительность времени, но безвременность, то вечно жив тот, кто живет в настоящем.
Стало быть, наша жизнь не имеет конца, так же как наше поле зрения не имеет границ".
"Смысл мира должен находиться вне мира. В мире все есть, как оно есть, и все происходит, как оно происходит; в нем нет ценности - а если бы она и была, то не имела бы ценности.
Если есть некая ценность, действительно обладающая ценностью, она должна находиться вне всего происходящего и так-бытия (So-Sein). Ибо все происходящее и так-бытие случайны.
То, что делает его неслучайным, не может находиться в мире, ибо иначе оно бы вновь стало случайным.
Оно должно находиться вне мира.
Потому и невозможны предложения этики.
Высшее не выразить предложениями.
Понятно, что этика не поддается высказыванию.
Этика трансцендентальна.
(Этика и эстетика суть одно)".
После всего этого по-другому воспринимается последняя, всем известная фраза "Трактата":
"О чем невозможно говорить, о том следует молчать".
просыпаюсь лицо

(no subject)

Нашел, разбирая завалы, распечатку "Умозрителя" аввы Евагрия Понтийского - коротенькие такие максимы. А в ней одна отмечена:
"Ведение, когда оно сберегается, научает того, кто сопричаствует ему, как оно может сохраниться и приумножиться".