December 1st, 2014

сплю

экономист о российской финансовой политике

Некоторое время тому назад прочитал у sergius_v_k Оксану Дмитриеву, обвинявшую наш Центробанк в предательстве (поощряют внешних покупщиков нашей нефти за наш счет). Поскольку моему уму эта материя туго дается, попросил прокомментировать друга-экономиста. Некоторые вещи мне стали яснее, но яснее всего - то, что здесь сам черт ногу сломит. Однако выкладываю его просвещенный комментарий.

Главная проблема, на мой взгляд, не в квалификации, а в системе принятия решений. Решения всегда принимаются путем согласования мнений различных ведомств и организаций с различными локальными интересами. Предполагается, что какие-то самые высшие государственные службы являются носителями абсолютных общенародных интересов, и эти службы выступают последними судьями всех решений. И эта логика срабатывает, когда государство удерживает экономическую материю в определенных рамках и имеет средства покрывать ошибки своих решений.

Либеральная модель предполагает снижение государственных обязательств. И в этом есть резон. Живое предпринимательство способно на многое полезное.

Но дело не только в желании поддержать индивидуальное предпринимательство. Дело в том, что для нашего переходного времени не сложилась система глобального управления. Глобальная экономика живет в недостроенном доме. Нет механизмов согласования целей и методов их достижения, нет механизмов быстрого реагирования. Людям вынуждено дают свободу, так как государственные органы уже не могут брать на себя риски ошибочных решений.

А ошибиться очень легко. Сегодня самый рядовой член нашего общества наслышан, что есть точка зрения государственника Глазьева и позиция либерала Кудрина. Кто прав? Беда в том, что все в чем-то правы, так как экономика сегодня не имеет устойчивой логики, и современные аналитики не владеют инструментарием для обоснования однозначных решений. И дело как раз в том, что сама хаотическая экономическая материя не поддается стандартному анализу. Хорошо видно, что решения носят ситуационный характер, запаздывают, противоречат друг другу, часто меняются.

Тебя удивил налоговый маневр в интерпретации Дмитриевой. Но что же в нем удивительного? Внешние цены на нефть и газ падают. Они, наверно, зимой несколько вырастут, но вряд ли до прежних величин. Не могу угадать, так как возможен и резкий взлет цен. Но, в любом случае, надо быть готовым к худшему. В сложившейся ситуации очень важно сохранить, а, по возможности, увеличить долю на внешнем рынке сырья. Во-первых, при некоторых свойствах рынка можно увеличить или хотя бы сохранить валовую валютную выручку даже при снижении цен. Поэтому государство даже само заранее снижает налоговую нагрузку на внешних покупателей нашего сырья.

Во-вторых, от доли на рынке сырья зависит не только величина выручки, а также и общее значение нашего государства как экспортера. А так как такое решение, снижающее внешнюю цену нашего сырья, имеет повышенные риски, государство разумно не исключает для себя возможность некоторой компенсации внешних доходов доходами с внутреннего рынка.

Импортозамещение, о котором надо было бы думать еще двадцать лет назад, не может быть осуществлено в краткие сроки. До этой поры доллар и евро для нашей экономики важнее рубля. Именно этой логикой и руководствуются наши государственные службы, когда пекутся более о внешних контрагентах, чем о внутренних потребителях.

Глобальный кризис. Он предназначен выровнять стартовую площадку. Надо уничтожить старые финансовые накопления и долги, чтобы начать новое движение вверх. Уничтожить самоё старое физическое имущество, чтобы на этом месте разместить новое, более технологичное. И даже избавиться от лишних людей. А, наверно, самое важное - общим хаосом и страхом возбудить активность всех надеющихся выжить.

Конечно, возможны какие-то нетривиальные решения. Если найти новые механизмы мобилизации населения на решение важнейших задач, можно многое сделать. Не исключены прорывы и в науке и в технике и в технологиях. Я уверен, что идут поиски, возможно, скрытые от общего видения.

Но то, что я отчетливо вижу сегодня – это то, что все держится на миллионах людей, еще не потерявших и совесть и квалификацию, и продолжающих выполнять свой долг за минимальное вознаграждение. А риск главных решений берет на себя наш президент. Дай, Бог, ему здоровья. И всем, кто трудится в самых неблагоприятных условиях и даже не боится нас защищать с оружием в руках.

Вот, что я быстро смог набросать по твоему вопросу. Вообще, материалы по внешним рынкам – тема закрытая. Какие мы заключаем контракты, с кем и как, какие прогнозы дают особо приближенные аналитики, – мало кому известно. История меня научила, что человечество, так или иначе, выживает. Но выживает в целом. А жертвы, - они вроде змеиной кожи, которую змеям периодически предписано сбрасывать. Страшно, конечно. Но как изменить?