August 15th, 2014

аква 2

СИРОТЫ 273: о недоправде, о девальвации чудовищных обвинений и об иностранном усыновлении

Писал на днях в связи с фильмом о необоснованном закрытии детского дома о недобросовестных обвинениях. Чаще всего, так это и когда на детские дома клевещут, выдают пристрастные предположения за факты. Презумпция невиновности эти головы стороной обошла. Или, как мне очаровательная певица Погребижская, решившая "забить кол в систему", промолвила: я что диссертацию пишу, чтобы каждый факт ссылками подтверждать?
То же и здесь, только с другой стороны "баррикад": иностранное усыновление - это торговля детьми - на органы. В ответ на свой упрек получил и ссылки, вот они:
Про Дзугаеву:http://www.kommersant.ru/Doc/176113
Про детей, исчезнувших в Италии: http://argumenti.ru/rassledovanie/n282/99830
Что сказать? Доказательной силы ссылки не имеют, это всего лишь предположения. Правдоподобно? Не знаю. Я не склонен торопливо доверять чудовищным обвинениям. Не верю, что Путин взрывал дома, чтобы начать Чеченскую войну. Не верю, что американская власть сама организовала взрывы 11 сентября. Не верю в распятого на Украине младенца (хотя и считаю лукавством, ссылаясь на публикацию этого бреда, отрицать очевидные злодейства украинской армии: бомбежки и проч.). Про торговлю органами давно уже пишут, как правило, обвиняя в ней политических врагов. Но ни разу не встречал сообщений о судебно подтвержденных преступлениях этого рода, подскажите, если не заметил. Человек, конечно, на всё способен, на любое злодейство, но так чтобы столь массово, организованно и сокрыто, поверить трудно. А когда об этом пишут между прочим, мы привыкаем к тому, что живем в аду и с этим ничего нельзя пожелать. Скверно это.
И воспользуюсь поводом скажу о своем отношении к усыновлению за границу. До сих пор воздерживался, во-первых, потому что не считаю это вопросом первостепенной важности, во-вторых, правда, не не имел ясности. Теперь вот белорусы подсказали, по-моему, лучше, чем у них, не придумаешь. Подведу итог.
1. Полного и безусловного запрета быть не должно. Приоритет - спасение жизни ребенка. Если ее можно спасти, отдав в страну, где это умеют, а у нас нет, надо отдать.
2. Обязательный строжайший контроль с нашим участием за его судьбой - белорусы именно это поставили во главу угла.
3. Строжайший контроль внутри страны для устранения возможностей наживаться на этом.
4. Перестать бряцать этой темой как политическим оружием. Особенно актуально, потому что шуты из ЛДПР снова поднимают эту тему в связи с санкциями.
И - нет проблемы.
старый усмехаюсь

СИРОТЫ 274: Белорусский вариант 4 - Дивинский детдом

Вторым был Дивинский детдом. Это к югу от Кобрина, в 33-х км. Агрогородок – форма, придуманная для поддержания сельского хозяйства. 4,5 тыс. человек. Есть совхоз, маслозавод, пекарня, филиал Кобринской мебельной фабрики, отделение «Сельхозтехники», 2 лесничества.
Детдому весной следующего года будет 55 лет, точнее учреждению. Раньше это была школа-интернат, с 2009 года детский дом, дети учатся в общей школе. (О сравнительных достоинствах двух этих форм – любопытно в нашем разговоре с директором).
Директор – Вера Петровна Пикуля. Жалко, что против солнца не получилась фотка: эффектная дама, живое лицо, энергичная, выразительная речь… Таня отметила, что вообще это особая порода – женщины-директора, в них материнская доброта соединены с генеральским характером. Забегая вперед – на вопрос, довольна ли своим персоналом, В.П. категорично: Да, полностью. Я считаю, что работник хорош, если понимает меня с полувзгляда. Когда нужны слова, лучше расстаться…
Collapse )
Фотографий интересных не получилось - детей нет, а в доме ремонт, да и нет там красот особенных.
Вот церковь снял местную. Они почти все у них такого вот цвета. Хорошего.
Фотосайт со вспышкой: DSCN3248 от gignomai
DSCN3248Flamber.ru

аква 1

СИРОТЫ 275: Белорусский вариант 5 - детский городок в Минске

Ну и последний визит – в Минске, в «детский городок». Это та же СОС-деревня Гмайера, но в городе. Расселение «семьями» во главе с «мамой»-воспитательницей. Только если в деревне это коттеджи, здесь – квартиры.
Существует с 2001 года. Оксана Евгеньевна, директор, работает  здесь 2,5 года, до этого директор СПЦ с приютом.
83 ребенка от 3 до 18. 12 «квартир» (воспитательных групп), 6-7 человек. В основном здоровые, но есть инвалиды с ДЦП и есть умственно отсталые.
По Положению  родителем-воспитателем можно стать с 25 лет, реально всем по сорок примерно. Кто уже вырастил детей (как Елена Григорьевна, чью «семью» мы навестили, кто развелся, кто имеет возможность подолгу не жить с семьей. Свои дети до 18 могут жить здесь, и такое бывает. Работают исключительно женщины. Пробовали, как в «деревнях», работать парами, но в отличие от деревни здесь «папе» нет работы, да и найти «лобропорядочного папу» нелегко, так что решили обходиться без них.
Основной смысл этой формы – ведение своего хозяйства. На каждого ребенка пособие как в приемной семье, чуть больше 100 долларов в месяц. Их выдают наличными и семья сама закупает продукты, сама готовит и т.д. Во всем этом участвуют и дети. В квартире, которую мы посетили, девочка лет 12 приготовила нам молочно-фруктовые коктейли; по свидетельству «мамы» она прекрасно готовит салаты.
Дети ходят в обычные школы – разные («столько одна школа бы не выдержала» – О.Е.). Своих кружков нет, они есть в школах и, кроме того, по договоренности с Центром творчества, приходят педагоги оттуда. По интересам детей. «Как в семье» – все время подчеркивает О.Е.
О самостоятельности, отпускают ли в город одних. По-разному, это на усмотрение воспитателя: кого-то можно надолго, с кем-то нужно созваниваться каждый час, а кого-то отпускать нельзя. «Как в семье».
Общение с родными – одна из приоритетных обязанностей городка. Реально это 15 родителей, которые навещают – в специально отведенный для этого день. – Возвращают? – В год один-два родителя пытаются восстановиться в правах. В прошлом году одного отца восстановили, одной матери отказали.
Дети, если подлежат усыновлению (родители лишены прав), то в Банке данных. Усыновляют очень редко, один ребенок за пять лет. («Это – наша славянская проблема» – О.Е.). В приемные и опекунские семьи немного больше.
Иностранцы усыновляют больше, итальянцы. Туда часто ездят на «оздоровление». Рассказывает про двух детей, брата и сестру, которых хотели после гостевания усыновить в прошлом году, но они отказались. В этом снова там же гостят и, кажется, пока согласны. «Не знаю, что скажут, когда вернутся».
Сколько доучиваются до 11 класса? – По-разному. В прошлом году из четырех девятиклассников, у девочка ушла, остальные остались. В этом из семи шесть уходят.
Бывают ли конфликты? – Конечно. У нас есть социальный педагог и психолог, помогают уладить.
Хозяйство? Только цветы. Животные? – Ни в коем случае. Санэпидстанция не разрешит. И, наверно, правильно. Мы же не знаем, что у ребенка было в прошлом, аллергия какая-то. Так что кошечек нам нельзя.
И уже в непринужденном разговоре в квартире главная мысль: У нас, конечно же, не семьи, не нужно лукавить. Но мы демонстрируем ребенку модель семьи.
старый усмехаюсь

СИРОТЫ 276: Белорусский вариант 6 - переписка с Н.С.Поспеловой (1)

Моя корреспондентка совершенно неподражаема в эпистолярном жанре! Но читать надо до конца - разговор постепенно из официально сухого становится живым и значительно более проблемным...Collapse )