September 13th, 2013

старый усмехаюсь

СИРОТЫ 161: о дружбе в детских домах

Прочитал у saha_gezalov мысль о том, что в условиях детдома дети не научаются дружить, или, как выражается Гезалов, у них не формируется "конструкция дружбы - это повторил потом (сославшись на свой опыт) swann2006:
"Даже элементарное общение со сверстниками в закрытой и цикличной системе дает искажение успешности контакта. К примеру, дружба здесь выглядит совершенно иначе, а если сказать точнее, ее нет вообще. Вынужденное совместное проживание приводит к тому, что сироты не знают, что такое дружба, не понимают ее критерии. Это приводит к неудачам при попытках выстроить дружеские отношения вне системы. Им незнакома другая конструкция дружбы: без тесного взаимодействия и постоянного контакта. Все это приводит к внутреннему зажиму и стрессу. Из этого трудно найти выход: либо учиться заново, либо жить со своими представлениями, которые не подходят остальным членам общества".

По видимости, убедительно. Но у меня как всегда :) есть вопросы (я задал их Гезалову, но ответа не получил):
1. А что "вынужденное совместное проживание" с необходимостью исключает дружбу? Не бывает иначе? Что, например, братья никогда не дружат?
2. Ну, допустим, что "вынужденное совместное проживание" действительно, мешает образованию дружеских отношений. Но ведь есть какие-то другие факторы. Я предположил, что таким важным фактором может быть совместное осмысленное дело (как, скажем, в агрошколе Католикова). Не является ли самым губительным для дружбы вынужденное совместное безделье?
3. И еще: а что, собственно, за феномен обсуждается (этот вопрос затрагивает swann2006) - дружба, товарищество или приятельство? Мы сейчас на манер англоязычных людей "друзьями" (friends) стали называть широкий круг знакомых-приятелей. Но по-русски друг - это нечто большее (англичанам, разумеется, тоже это знакомо, у них это - intimate friend), друзей не может быть много, часто такой друг - один. А в совместном деле возможна другая хорошая вещь - товарищество, которое может иногда перерастать в дружбу.
Кстати, тут и Аристотель в строку.
Так чего же нет в детских домах? Почему то или другое там невозможно? И если это невозможно в существующих домах, то какими они должны стать (или иногда бывают), чтобы там дружили и научались дружить?
аква 2

СИРОТЫ 162: буржуазная революция в детской политике

Одним осознанием хочу поделиться. Оно пришло от чтения один за другим нормативных документов, касающихся сиротской и, шире, детской жизни, советских, а потом постсоветских. Впечатлений много, но все их можно свести к трем пунктам, трем поворотам:

1. От заботы о воспитании к защите прав ребенка. Каждый из советских документов (закон или постановление "ЦК КПСС и Совета министров СССР" и т.д.) начинается с этической преамбулы. Разумеется, сформулированной на языке тогдашней идеологии, с отсылкой, скажем, к "Моральному кодексу строителя коммунизма" или, раньше, к трудовой этике. Ну, диктат коммунистической идеологии закончился и, ясное дело, эта риторика должна была уйти из правовых актов. На смену ей пришла другая риторика - та, что в Конвенции о правах ребенка и т.п. О воспитании ни слова, исключительно о "благе ребенка", понятом как отсутствие страданий. Сейчас. Это не только в госдокументах, таково общественное умонастроение. Государство должно защитить. Все, что связано с воспитанием - дело семьи. И школа пусть в это не лезет, учит читать, писать и т.д. Ну, а детским домам с их воспитанниками места, естественно, не остается.

2. От общественного к частному. Там, в советских нормативных текстах, все время фигурирует общественность, которую призывают или даже обязывают участвовать в исправлении недостатков или реализации новых начинаний. Общественность эта рассматривается как инструмент государства в реализации общих целей. Чаще всего речь о "производственных коллективах", иногда о сообществах жителей, в деревнях это одно и то же. Сейчас такие вещи - в такой форме - немыслимы, государство имеет дело с семьями. Были "общественные воспитатели несовершеннолетних" (Указ Президиума ВС РСФСР от декабря 1967), шефство заводов и т.п. над детскими домами - сейчас Благотворительные фонды и волонтеры. Нужно еще смотреть, что реально делалось тогда и что делается сейчас, но одно ясно сразу - изменились отношения с государством: от мобилизации (добровольной или принудительной) к тому, что, наверное, должно было бы стать добровольным государственно-общественным партнерством, но пока что...
Кстати, еще с имперских (!) времен у детских учреждений были попечители, попечительские советы. По букве закона они есть и сейчас, и в школах, и в детдомах. Но я ни разу не читал и не слышал об их деятельности, например, в тех преступных ситуациях, когда случались насилие, воровство и т.п. Про имперское время не скажу (в документах прописано все замечательно), а в СССР какой-нибудь директор завода в качестве попечителя иногда бывал эффективен, читал об этом.

3. От постановки и решения государственных задач к государству как к одном из поставщиков услуг. О гнусности этого все заполонившего сервисного языка (формирующего и соответствующее мышление) я уже писал. Но ведь этот подход и любую реформу сводит к повышению размера пособий и расширению меню услуг.