gignomai (gignomai) wrote,
gignomai
gignomai

Category:

Та самая статья Генисаретского о смысле

с которой все начиналось...

[[Эта работа 1965 года показалась мне интересной тем, как ОГ, усваивая представления содержательно-генетической логики, разработанной, прежде всего ГП, тотчас же находит им новое применение и перетолковывает на свой лад. Можно видеть самое начало их расхождения]].

1. Несомненно, что проблема смысла является одной из самых интересных и малоисследованных логических проблем. Вокруг нее группируется целый ряд других, не менее важных вопро­сов: уточнение понятий и упрощение систем знания, описание способов решения задач, машинный перевод и информационный по­иск. Известны также многочисленные трудности и парадоксы, воз­никшие с попытками ее решения. Они широко обсуждаются в логической и философской литературе,

Специфические особенности постановки и трудности решения проблемы смысла состоят, на наш взгляд, в том, что ее содержание лежит за пределами непосредственного применения математической логики, средствами которой ее пытаются ставить и решать. В связи с этим возникает задача рассмотреть методологические основы постановки проблемы смысла и выяснить причины, приводящие к трудностям и парадоксам в ее решении.

2. В современной формальной логике исследование природы смысла началось в рамках так называемой именной теории знака. Уже Фреге в отношении имен предметов проводил четкое различие между понятиями «смысла» и «значения». С тех пор «Утренние и Вечерние звезды» не сходят со страниц логической литературы.

Рассмотрим подробнее методический прием, используемый Фреге для различения понятий смысла и значения. Знаковая фор­ма имени и его денотат имеют материальное выражение и могут быть эмпирически зафиксированы. Знаковая форма выделима в речевом или письменном тексте, а денотат – в предметном окружении человека. Смысл же имени фиксируется через его понимание, как некоторое определенное содержание индивидуального сознания. По этой причине смысл, в отличие от знаковой формы имени и его денотата, не имеет непосредственной эмпирической данности.

Сам Фреге наделял смысл объективным существованием, продолжая традиции крайнего реализма. Поэтому особенно важно различать методический прием, который использует Фреге, и рефлек­тивное осознание содержания, выявляемое с помощью этого приема. Смысл, который в рефлексии Фреге представлялся как нечто одинаковое, обязательное для всех, реально вводился им апел­ляцией к пониманию. Анализ содержания собственного сознания сам по себе не является «методическим грехом». Как исследова­тельский прием, он неизбежен во всякой научной работе, и в особенности в работе философской. Важно, чтобы впоследствии «видимому в сознании» было найдено эмпирическое выражение, до­пускающее объективный научный анализ. На наш взгляд, ни Фреге, ни его последователям не удалось построить такого понятия смысла, которое бы допускало его объективный, в том числе и эмпирический анализ.

Апелляция к пониманию, как исследовательский прием, способна фиксировать только факт понимания или непонимания некоторого имени. Не вносит ничего принципиально нового и введение понятия концепта. Исторически оно появляется как попытка теоретико-множественного представления смысла и изучения его математическими средствами. По этой причине было постулировано существование особого идеального (в смысле Гильберта) или абстрактного (в смысле Чёрча) объекта – концепта, который имеет не языковую природу и обладает определенными постулированными средствами [свойствами?]. Объективно эта попытка имела своим результатом сведение смысла к денотату; ибо она состоит в именовании смысла и работе с ним как с проименованным, субстанциональным объектом (Прим. ОГ: Описываемое здесь методическое противоречие является прямым следствием основного принципа формальной логики – «принципа параллелизма содержания и формы». См. Щедровицкий Г.П. Принцип «параллелизма формы и содержания мышления» и его значение для традиционных логических и психологических исследований).

Кроме того, в большинстве логических работ исследование смысла проводится на специально созданных для этой цели модельных языках, рассматриваемых вне тела естественной языковой системы. Это приводит к тому, что проблема исследования смысла как особого рода системы заменяется проблемой конструирования смысла текста из его осмысленных элементов. Поэтому большинство результатов, получаемых при исследовании смысла на модельных языках, оказываются несоотносимыми с языками естественными, на материале которых были построены понятия смысла и концепта.

При этом игнорируется установленный во многих лингвистических исследованиях факт – смысл отдельного имени зависит от совокупности всех его языковых связей. А это означает, что смысл имени может быть реконструирован только в результате специального нисхождения от всей системы языка в целом к его элементу – отдельному имени.

Из сказанного выше следует ряд требований, которые нужно наложить на средства и способы анализа смысла.

Необходимо преодолеть элементы психологизма во введении понятия смысла. Сделать это можно, задав специальные графические изображения смысла и правила оперирования о ними. Изображение смысла позволит впоследствии выработать четкие эмпирические процедуры его фиксации в языковых текстах.

В исследовании смысла необходимо осуществлять системный подход, допускающий реконструкцию смысла и имени, как элементов языковой системы (Прим. ОГ: О специфике системного подхода и его принципах см. работы: Алексеева И.С., Генисаретского О.И., Лефевра В.А., Розина В.М., Юдина Э.Г., Щедровицкого Г.П. в сб. «Проблемы исследования систем и структур». Материалы к конференции, М., 1965).

[[Похоже, что ГП в своих заметках об этой статье несправедлив к ОГ. Он основывает свою критику только на вот этих первых ее частях и то не совсем верно понятых: ОГ говорит о смысле как «содержании индивидуального сознания» у Фреге, сам же, считая допустимым анализ своего сознания как исследовательский прием, утверждает необходимость преодоления психологизма и системный подход к построению понятия смысла – от языка как целого]].

3. В содержательно-генетической логике категории смысла противопоставлена категория объективного содержания знания. В исходной точке своего развития был сформулирован тезис о необходимости объективного эмпирического исследования знания как структуры из знаковой формы знания и его объективного содержания, объединенных связью значения:

знаковая форма ––––––––––––––––– объективное содержание

                               связь значения

В порядке реализации этой исходной идеи была построена экспликация понятия объективного содержания на основе его операциональной трактовки.

{C}{C}{C}{C}{C}{C}{C}{C}
{C}{C}{C}{C}

Объективные содержания, с этой точки зрения, задавались схемой сопоставлений над объектом X. Результат оперирования с объектом X посредством процедур Δ1, Δ2,… выражается в знаках (А), (В)…, которые фиксируют и замещают выделенные объективные содержания (Х Δ1, Δ2,…) (Прим. ОГ: 1) См., например, Щедровицкий Г.П. О различии исходных понятий «формальной» и «содержательной» логик) Необходимо четко различать понятия объективного содержания знания и знаковой формы знания от традиционных логических понятий формы и содержания знания. Их отождествление неминуемо приводит к недоразумениям и непониманию).

Не ставя задачу описать специфику работы с моделью многоплоскостного строения знания, выделим в ней два типа «движения»:

а) процедуры замещения и отнесения (вертикальные стрелки), б) формальные движения в одной из плоскостей (горизонтальные стрелки). (См. рис. 2).

Модель многоплоскостного строения знания оказалась очень плодотворной в псевдогенетических исследованиях, где требовалось объяснить происхождение и развитие тех или иных оперативных систем.

Однако, она не дает возможности объяснить, чем определено движение в одной из плоскостей замещения. В схеме многоплоскостного строения такой зависимости не выражено. С другой стороны, работая в предметах, отличных от строения знания, мы фиксируем зависимость движения в одной из плоскостей замещения и норм этого движения от наличия особенностей других плоскостей. Так, в рамках содержательно-генетической логики мы приходим к постановке проблемы смысла. Традиционно именно смыслом объяснялись закономерности построения формального движения в одной из плоскостей замещения. В связи с этими и некоторыми другими вопросами встала задача выяснить, каково отношение объективного содержания (Х Δ1, Δ2,…) к смыслу.

[[Всё до рис. 2 было изложением центральной для содержательно-генетической логики схемы развития знания посредством знакового замещения. Здесь ОГ задается новым вопросом: чем определено движение в плоскости замещения и, опираясь на философскую традицию, обозначает «место» ответа термином «смысл» – это движение «осмысленно»]].

Но теперь нам придется несколько изменить терминологию. Так как термин «объективное содержание» был предварительно введен в схеме:

объективное содержание ––––––––––––––– знаковая форма,

                                              связь значения

то мы сохраним этот термин именно в этой схеме, а его экспликацию через конструкцию (Х Δ1, Δ2,…) переименуем на Δ-содержание, с тем чтобы в дальнейшем выяснить отношение между объективным содержанием, Δ-содержанием и смыслом.

4. Нотная азбука как средство исследования смысла (Прим. ОГ: Нотная азбука была введена В.А.Лефевром, в работе, выполненной им совместно с В.И.Дубовской «Способ решения» задачи как содержание обучения. Сб. «Новые исследования в педагогических науках», вып. 4, М., 1965. См. также Лефевр В.А., Генисаретский О.И. К логико-операциональному исследованию деятельности оператора. «Проблемы инженерной психологии», вып. 3).

Рассмотрим на примере моделирования реакции системы управления как нотная азбука может быть использована для анализа смысла:

На схеме рис. 3 изображен нотный портрет деятельности моделирования. Он фиксирует типы средств, употребляемых при моделировании, отдельные процедуры моделирования – (а), (б)… и их последовательность, а также связь элементарных процедур в отдельные процедуры. Горизонтальные линии обозначают типы объектов, которые фигурируют в деятельности моделирования – дифференциальные уравнения, блок-схемы систем, реальные схемы-объекты, приборы и т.п. Эти объекты выступают в деятельности в двоякой функции: а – как объекты оперирования, когда над ними производят некоторые преобразования, O1→О2, и б – как средства
                                                                                                                                                            Ср
оперирования Ср, используемые для преобразования других типов объектов –
O1→О2.

Стрелки вида изображают некоторое объектное преобразование в той плоскости, на которой они поставлены. Стрелки вид                 изображают связи управления теми объектными преобразованиями, на которые они направлены. Они фиксируют факт детерминации данного преобразования тем типом объектов, из плоскости которых эта связь управления исходит. В целом совокупность связей преобразования и управления, обозначенная одной буквой (х) изображает отдельную процедуру.

[[Вот здесь уже вполне видна новизна подхода ОГ. Схема знания статична и вполне формальна; в ней ничего не говорится о каких-либо законах или правилах замещения или о связях между плоскостями. Но ОГ интересует именно это. Характерно также, что в качестве иллюстрации он выбрал не замещение ребенком кукольных тарелочек пальцами или баранов зернами проса, а довольно сложный предмет – моделирование АСУ]].

В том конкретном случае, который представлен на рис. 3, изображены следующие процедуры: (а) – построение блок-схемы объекта по его дифференциальному уравнению, (б) – реализация блок-схемы объекта в электронной аппаратуре, (в) – создание заданного входного воздействия, (г) – фиксация результата воздействия на систему, ее реакции, с помощью специальных приборных средств.

Обсудим теперь ряд вопросов, которые встают в связи о применением нотной азбуки. Первый из них состоит в том, что изображает каждая плоскость в нотном портрете. Выше мы говорили, что она фиксирует типы объектов, функционирующих в той или иной деятельности и выступающих в роли объектов преобразований или средств. Но как следует рассматривать объекты, относящиеся к одному типу? Образуют ли они разрозненную совокупность или связаны в систему? Обычно каждая плоскость объектов рассматривается как оперативная система, т.е. как такая система объектов, отношение между которыми фиксируется в специаль­ных правилах, операциях и т.д. (Прим. ОГ: Логическую характеристику оперативных систем см. в работе Щедровицкого Г.П. Исследование мышления детей на материале решения арифметических задач). Эти закономерности находят свое воплощение в знаковой форме материала объектов, которая может использоваться как регулятив в той или иной процедуре преобразований. Примером плоскостей оперативных систем может служить плоскость дифференциальных уравнений на рис. 3.

Совсем иной смысл имеют плоскости схем-объектов и приборных средств. Их уже нельзя рассматривать как оперативные системы. Существует принципиальное различие в функционировании плоскостей дифференциальных уравнений и блок-схем, с одной стороны, и плоскости схем-объектов, с другой. Если первые из них есть системы знаковые, «искусственные», живущие по законам их употребления и не имеющие собственных материальных законов, то вторые функционируют по «естественным» законам их материала – в данном случае по законам физики и электротехники.

[[Хотя в построении ОГ использован тот же принцип замещения, что и схеме знания ГП, но, по существу, это уже схема, претендующее на представление механизмов познавательной деятельности. Отсюда и появление в ней, наряду с оперативными знаковыми системами, материально-морфологических элементов.

Любопытно, что при таком употреблении схема как бы переворачивается: наверху оказывается плоскость наиболее абстрактных знаковых объектов, а внизу вещи-приборы, которыми мы манипулируем]].

Объектные преобразования в рамках одной оперативной системы осуществляются с помощью внутренних средств – правил вывода, формул подстановок и т.п. Но работа этих внутренних средств не может быть объяснена из них самих, ибо их организация в том или ином объектном преобразовании определена многими, внешними по отношению к этим средствам, факторами. На­пример, она зависит от вида исходного объекта преобразования, от его задачи и т.д. В качестве функции управления объектным преобразованием в фиксированной плоскости выступают другие плоскости, объекты которых выполняют в этом случае функцию средств управления. Таким образом, связи управления задают способ преобразования, т.е. организацию средств в нем.

Процедура (а) на рис. 3 была проинтерпретирована нами как построение блок-схемы системы по ее дифференциальному уравнению. В теории автоматического управления оно происходит по заранее установленным каноническим правилам. Таким образом, конкретное дифференциальное уравнение само еще не задает блок-схемы. Для этого оно должно быть поставлено в определенный контекст: плоскости уравнения и блок-схем должны быть предварительно поставлены в актуальное отношение замещения.

Условно этот факт изображен на рис.4. Вертикальная стрелка замыкается у плоскостей, которые поставлены в отношение (А). Само отношение называется «замыканием» и дается в специальном описании. В общем случае можно рассматривать процесс замыкания с помощью нотной символики. Тогда его можно изобразить, например, так, как это сделано на рис. 5.

Таким образом, в ситуации рисунка 3 уравнение задает блок-схему системы только потому, что плоскости уравнения и блок-схемы поставлены предварительно в отношение замещения. Такие плоскости мы будем далее называть склеенными. Процесс склеивания рассматривается в особом предмете – становлении знаковых средств. При исследовании смысла он должен быть снят в своем продукте, актуаль­ном склеивании тех или иных плоскостей.

[[Идея в основном понятна, но очень недостает того «специального описания», которое бы помогло уяснить, как и по каким основаниям осуществляется это «склеивание» плоскостей]].

Нотная символика, рассмотренная выше, может быть использована для анализа смысла. Смысл выражения одной из плоскостей замещения характеризуется, с этой точки зрения, совокупностью связей управления, исходящих из данной плоскости ко всем другим плоскостям. В такой характеристике смысла мы не раскрываем своего понимания, а фиксируем: а) что понимается и б) к каким связям управления это приводит. Совокупность плоскостей, к которым данная плоскость поставлена в отношение управления, называется характеристикой смысла.

Из такой характеристики смысла вытекает, что смысл есть образование функциональное и что он задается отношением данной плоскости ко всем другим. Ответ на вопрос о том, сколько и каких смыслов имеет какое-то выражение, зависит от того, к каким плоскостям это выражение поставлено в отношение управления. Анализ смысла посредством построения нотных портретов приводит к уточнению давно установленного положении, что смысл знака задается его различными употреблениями. Функция управления есть одна из разновидностей употребления знаковых средств.

Уже на примере рис. 3 можно видеть, что существуют различные типы склеивания и связей управления. Так, при переходе от плоскости уравнений к плоскости блок-схемы мы имеем переструктурирование знаковой формы объекта, а на следующем шаге – от плоскости блок-схемы к плоскости схемы-объекта – можно наблюдать поточечный изоморфизм между ними. Эти различия пока не нашли никакого выражения в графике нотного портрета. То же самое можно сказать про связь управления, которая конкретна в каждой своей процедуре, хотя конкретность эта никак не отражена в нотном формализме. Так, в связи управления можно отчет­ливо выделить три следующих момента: а) связь управления вообще, безотносительно к каким-либо плоскостям, б) связь управления между фиксированными плоскостями, и в) связь управления между фиксированными выражениями из фиксированных плоскостей. Эти моменты можно выделить в любом объектном преобразовании. Рассматривая данные преобразования как преобразования плоскости, а данное управление как управление из плоскости, можно говорить об управлении как об отношении плоскостей. С другой стороны, можно рассуждать так, что управляемым и управляющим будут фиксированные выражения из данных плоскостей. Тогда можно говорить об управлении как об отношении выражений из плоскостей.

Каждая из этих интерпретаций понятия управления задает свою компоненту смысла – функционально-плоскостную (функциональную) и категориально-плоскостную (категориальную).

Смысл конкретного выражения есть структура из категориального содержания данной оперативной системы (или онтологии).

Для его реконструкции необходимо выделение и описание онтологической картины данной плоскости и способа онтологического представления объектов в этой картине. Но для этого нужно перейти в другой предмет, и рассматривать плоскость не как опе­ративную систему, а как систему знания или организм деятельности. Тогда с каждой плоскостью действительно будет связана некая онтология, в которой будет представлен объект, включенный в оперативную систему данной плоскости. Однако в задачу этой заметки не входит описание этого предмета.

[[Т.е., как я понял, функциональная составляющая смысла некоторого объекта – это его управленческая функция по отношению к объектам замещаемой плоскости. А вот категориальная определяется онтологией плоскости… На самом интересном оборвал!]].

{C}{C}{C}{C}

Tags: Генисаретский, смысл
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 51 comments